– Что случилось? Между прочим, сейчас обеденный перерыв!
– Этот человек из милиции, – строго заявила Таня, – он задаст тебе пару вопросов, изволь ответить подробно.
Аня испугалась:
– Если чего пропало, так я ни при чем, к стеллажам с товаром не хожу, это грузчики воруют!
– Не пори чушь, – оборвала ее Таня.
– Вас никто ни в чем не обвиняет, – быстро сказал я, – вы ведь около Марины Райковой сидите?
Секунду Аня смотрела на меня, потом вдруг заплакала.
– Так и думала, что узнают! Это она меня подбила, но я только один раз решилась! Вы спросите у Марины, она скажет.
Слезы потоком потекли по ее глуповатому личику.
Татьяна растерялась, но, быстро взяв себя в руки, велела:"
"– Если сейчас все расскажешь, посмотрим!
Аня тут же рассказала, в чем дело. Она сидит вплотную к Марине Райковой и иногда видит, как та пробивает товар. Вот и зацепился глаз Ани за странную деталь.
Механизм хищения оказался прост до смешного. Оптовики сами ходят по складу и бросают товар в тележки. Это если берут мелкие партии. Ну, допустим, пять ящиков с банками кофе или упаковки с чаем. С крупными покупателями особый разговор, они идут через другие кассы, мимо Ани же проходит лишь мелочовка.
Значит, оптовик набирает товар, заполняет чек, калькуляцию и вручает кассирше. Та проверяет цены, товар, забирает деньги, и все, можно грузить коробки в машину. Так вот Марина пропускала мимо кассы неоплаченный товар, за что имела ровно половину от украденного.
– У вас нет охранников, которые проверяют на выходе тележки? – изумился я.
Таня растерянно ответила:
– Есть, но их мало, а покупателей сотни. Бросят взгляд на чеки и пропускают, тщательно не копаются.
Аня, по ее словам, возмутилась, когда поняла, что соседка ворует, и заявила:
– Или ты прекратишь, или я пойду к начальству.
Но Марина стала плакать, просить не выдавать ее и в конце концов предложила Ане заняться кражами совместно.
– Риска никакого, – убеждала она товарку, – дело будем иметь с небольшим числом проверенных людей. Соглашайся, наши хозяева беднее не станут, если ящик гречки пропадет.