Как я могу теперь тебе доверять? Я понимаю, тебе не нравится, что в моей жизни появилась ещё одна дорогая мне девушка. Но и ты должна принять, что все имеют право на личную жизнь, я – не исключение! Я тоже хочу, чтобы рядом была любимая женщина, хочу ещё детей. И это не значит, что я буду любить тебя меньше, ты навсегда останешься моей маленькой дочуркой! Но сейчас я разочарован, не припомню, чтобы учил тебя совершать такие отвратительные поступки, как шантаж и наговор на честного человека. Иди в свою комнату, Бетрина, и подумай над своим поведением, – высказавшись, мужчина отвернулся, а девчонка окончательно разрыдавшись, побежала к дому.
И как тут промолчать, когда сердце рвётся от жалости при взгляде на сгорбленную, хрупкую фигурку? А никак!
Встав, я приблизилась к супругу и, ткнув пальцем в широкую грудь, прошипела:
– Как ты мог?! Она же всего лишь ребёнок, который боится тебя потерять. А ты на неё всех собак спустил!
– А если бы я ей поверил? Ты была бы такого же мнения? – бросил Сирион раздражённо.
– Спасибо, чудик. У меня чуть сердце не остановилось, когда она упала.
А я... Я тоже имею право на крупицу счастья! Обвив талию супруга руками, прильнула к нему и, закрыв глаза, втянула аромат осенних листьев, до боли ставший родным. Боже, как же я соскучилась, по запаху его, по объятьям, по поцелуям в макушку, которыми он часто меня баловал и по этому ласковому «чудик».
От скользнувших по обнажённой спине горячих ладоней по позвоночнику словно разряд тока прошёл, будя шаловливые мурашки, мгновенно покрывшие каждый миллиметр кожи. Внизу живота всё так сладко запульсировало, что я испугалась настолько откровенного желания, плавящего мозг и лишающего воли. Отпрянув, я облизнула вмиг пересохшие губы и, опуская глаза, чтобы муж не заметил, какие чувства он во мне вызывает, как можно ровнее произнесла:
– Ты же был рядом, значит, Бетрине в любом случае ничего не угрожало.
Отступив на шаг, мужчина сжал кулаки и, глубоко вздохнув, словно борясь сам с собой, хрипло произнёс:
– Я должен был ей это сказать. Если она сейчас не поймёт, как некрасиво себя повела, прибегнув к грязным манипуляциям, дальше будет только хуже.
– Ты, конечно, прав, но мне всё равно её жаль.
– Потому что ты очень добрый чудик, – улыбнулся супруг.