— Это все мелочи, поверь, слова ничего не значат. Важнее то, что здесь, — ее ладонь коснулась моей груди слева, где с перебоями колотилось сердце. — Все недоразумения можно решить, а если молчать, то все станет только хуже. Они ведь тоже думают, что ты сделала свой выбор, а значит, зачем навязываться и уговаривать? Ребята уважают твое мнение, — чуть тише добавила Эмили, а я прикусила губу, чувствуя, как глаза защипало от подступивших непрошеных слез, и в горле встал ком.
На душе стало еще паршивее. Ну да, решила, как же…
— Они думают, я не заметила, но у Росса на телефоне одна из твоих обложек в качестве заставки, а еще, ваше общее фото стоит в гостиной в рамке, — миссис Рейли, видимо, решила добить меня, и пришлось запрокинуть голову, давясь сухими рыданиями и часто моргая.
Еще не хватало распускать сопли перед гостями, тем более, иностранными. Черт. Я тоже скучала, да… Только не травила себе душу, оставляя крючочки для воспоминаний, и так спала плохо и на валерьянке с пустырником попеременно сидела.
— Женщина мудрее, милая, — продолжала говорить Эмили между тем, все так же прижимаясь ко мне. — Уверена, если ты приедешь, никто и не вспомнит, из-за чего вы там поспорили, — и хотя я не видела ее лица, откуда-то знала, что миссис Рейли улыбается. — Мы тут еще на недельку, потом домой. Можем взять тебя с собой.
Я сглотнула горький комок, ощутила, что по щеке все-таки ползет мокрая гадость, и растерянно пробормотала, все так же не поворачиваясь:
— У меня виза однократная, туристическая была… А делать долго…
— Ну, в любом случае, ты подумай, я оставлю наш телефон, — Эмили погладила меня по плечу.
Мы допили чай, я получила приглашение пойти погулять с ними, но вежливо отказалась — мне надо уложить мысли и прийти в себя после неожиданной и, чего уж, нервной встречи. Как и обещала, Эмили написала свой номер, мы тепло распрощались, и я осталась одна.