И даже почти не обращала внимания, что Шон то и дело оказывался рядом, подавая руку, придерживая, и временами слишком близко… Я была очарована древним местом, буквально дышавшим историей — как мне рассказал Шон, здесь до семнадцатого века хранилась знаменитая Келлская книга, сейчас выставленная в Тринити-колледже в Дублине. Проснулись эмоции, восхищение теснилось в груди, сбивая дыхание, и я всем существом впитывала их, наслаждаясь прогулкой. Кажется, Росс даже несколько раз заснял меня с Шоном — Даринке будет радость, хоть на одного из братьев посмотреть.
Покинуть аббатство заставил заворчавший желудок — время приблизилось к ланчу, да и на свежем воздухе завтрак быстро переварился и требовалось заправиться, раз у нас дальше по плану заповедник. Перекусить мы решили в уютном ресторанчике в деревне, и я наконец попробовала знаменитое ирландское рагу с очень нежным мясом и овощами, сытное и вкусное. И, конечно, пиво. Чуть-чуть, полпинты, но местное, которое варили здесь же, в ресторанчике.
— Ну что, в Глендалох? — хлопнул в ладоши Росс, расплатившись за обед.
На мою робкую попытку полезть в рюкзак за кошельком он так зыркнул на меня, что я проглотила все слова о сильной, независимой женщине, способной заплатить за себя самостоятельно.
— Ага, фей ловить, — не удержалась я от ехидной реплики и усмехнулась, поднявшись со стула.
— Ну а вдруг, — с серьезным видом обронил Шон, вставая за нами."
"Я красноречиво фыркнула и закатила глаза, ничего не ответив. Мы погрузились в машину и поехали дальше.
— Туда часто ездят на пикники, там два озера, Верхнее и Нижнее, — продолжал рассказывать Шон. — Сейчас, правда, туристов уже много, — он едва заметно поморщился. — Но они далеко не уходят, в основном до речки у дальнего конца Верхнего и обратно.