За все время известно только два случая, когда омег, которые встретили свои пары, государство потом отдавало другим альфам. Они обе покончили с жизнью.
— То есть, истинность не повод освобождать омег? Даже, если они встретили своего истинного альфу? — спросила, хоть и знала ответ на эти вопросы.
Государство никогда и ни за что не отпустило ни одну омегу. Для всех правила одинаковые — пока они могут рожать, омеги собственность государства.
— Нет. Омег не отпускают, — ответил доктор. — Касательно альф все куда хуже.
Я молча слушала. Впитывала информацию, но вот полностью ее принять все еще не могла.
— Истинные не могут друг без друга. Порознь им будет очень плохо, — сказал доктор, уже начиная собирать свои вещи.
Прошло совсем немного времени и мужчина ушел.
Империя еще какое-то время пробыл в моей спальне, но больше ничего не говорил.
* * *Мой мир переворачивался с ног на голову. Покрывался трещинами. Рушился. Кое-как восстанавливался, но каждое его новое строение ясно давало понять, что так, как раньше больше никогда не будет.
Одно дело, когда Помпей просто по какой-то непонятной мне причине начинал заявлять на меня права, как на девушку.
Совершенно другое — когда оказывается, что мы истинная пара и, по сути, без права выбора должны всю жизнь провести вместе.
Чего же я сейчас желала?
Этого я не понимала. В груди царила сплошная растерянность."
"Я сползла с кровати и поплелась в ванную комнату. К этому моменту чувствовала себя намного лучше, но все равно ноги не держали. Поэтому, зайдя в ванную, я с трудом разделась, кое-как включила воду и села на плитку в душевой кабинке. Ее холод обжигал обнаженную кожу, но по сравнению с тем, что творилось внутри, подобное как-то даже не ощущалось.
Раздался стук и я, подняв голову, с очередным вдохом, уловила запах Вавилона. Лишь после этого услышала его вопрос:
— Ты там, Нуб?
— Да.
— Почему у тебя такой голос, словно ты ревешь?
— Тебе кажется, — буркнула, после чего опустила голову и лбом прикоснулась к коленкам. — Почему ты пришел?
— Потому, что хочу. Открой мне дверь.
— Нет. Я голая.
— Тем более, открой.
Я фыркнула, потирая запястье.