Храм Ваула, стена огня и огненная женщина, перехватившая управление ритуальным пламенем. Я с самого начала понимала, что она не человек, но кто именно, не знала. И вот теперь все на свои места встало.
— Значит, Аркана, она…
— Да, — перебил Эмиль. — Жен и мужей тоже из числа элементалей выбирают.
Я поморщилась, потом нахмурилась, а спустя мгновение губы дрогнули в улыбке. Блин! А Дорс-то, по ходу дела, роман с элементалыней крутит! Так вот почему король «синих» совсем на местных девчонок не смотрит!
Увы, додумать эту мысль мне не дали.
— Даша, времени не так много, — сказал Глун. — Мне нужна информация. Сейчас.
Я кивнула и послушно направилась в гостиную. Но на полпути запнулась — меня отвлек жест! Глун вычертил в воздухе один из тех «иероглифов», которые к числу символов вызова относятся.
А в ответ на мое недоумение пояснил:
— Ректор требует меня к себе. Я сообщил, что буду позже.
Вот теперь-то я поняла, что меня все это время смущало. Мы исчезли, и в академии, должно быть, переполох.
Вслух я об этом не сказала, но Глун и без слов понял.
— В гостиную, — напомнил он. Ну а когда я снова села в кресло, пояснил: — Ваше исчезновение наделало много шуму, но студентов уже угомонили. Все остальное — терпит и к числу твоих забот не относится.
Я подумала и кивнула. Да, действительно.
Но не могла не спросить:
— А как вы вообще про наше исчезновение узнали?
Эмиль фон Глун плавно опустился в соседнее кресло, смерил взглядом стоящий на низком столике бокал и чуть заметно усмехнулся.
— Не знаю, кто там из вас троих верещал, но внимание ваши крики привлекли. В результате мне и еще нескольким преподавателям был отправлен сигнал экстренного вызова, а Эстер поймана и обезврежена.
Я удивленно приподняла бровь, а Эмиль добавил:
— Ребята видели, что именно она вас в портал толкнула.
— А дальше?
— Дальше пришли мы, преподаватели. Начали разбираться в том, что случилось. Открыть портал и пройти вслед за вами не смогли, поэтому основной упор был на допрос Эстер. Информацию о том, что эту ловушку организовал Фиртон, она выдала сразу, но толку от этого признания, сама понимаешь, не было никакого.