Потому, я хочу чтобы эти шпионы передали Самородку, что сегодня умрёт кто-то важный, — Владислав вздохнул. — Думаю, начнём с него, — он кивнул головой на Ратибора.
Святослав попытался встать, с криком:
— Ваше Высо…
Хруст. Пёс без эмоций выломал ему руку и придавил к полу головой.
Глаза Святослава выпучились вперёд. Челюсти стиснуты до предела. Но он не издал ни звука, если не считать шумного выдоха.
Владислав посмотрел на него с проблеском уважения в глазах.
— Не вынуждай меня калечить тебя, молодой граф. Ты и так натерпелся с самого рождения, — Владислав вздохнул.
Глава 26
— Что он сделал? — от моего голоса Лёня-сектант вздрогнул. Его шпионы, стоявшие чуть позади, нервно переглянулись."
"— Убил Ратибора Ярового. Того, кто был Вашим учителем в клане Яровых, — нервно произнёс Лёня.
— Подробнее, — ледяным голосом велел я.
— Убили… кхм… м…
— Прекрати мямлить, — я посмотрел Лёне в глаза. Но он старательно прятал свой взгляд в пол.
— Выпотрошили… — сказал он тихо, будто не желал, чтобы я услышал.
Выпотрошили…
Перед глазами встала картина: Ратибор — мой хороший друг и человек, который первым из всего рода Яровых стал относиться ко мне не как к изгою — подвешен на цепях, с выпущенными кишками.
Рядом треснуло одно из деревьев, несущих кристаллические плоды. Это был непроизвольный выброс моей маны, которая буквально порвало дерево на части. Бирюзовым туманом. И «Северным Ходом», не спланированным, но задействованным.
Я с трудом удержался, чтобы не разломать рядом что-то ещё… Дерево! Каменную глыбу! Взорвать когтями саму землю! Или открутить голову одному из тех трусливых шпионов, которые не нашли в себе смелости вмешаться и спасти Ратибора от участи, которую он никак не заслужил!
Даже мантикора проснулась, требуя крови.
Выпотрошить… это жестоко. Это бессмысленно. Это подло. И я это так не оставлю. Будь это хоть сами боги этого мира и всех других!
Но мантикора выйдет порезвиться позже.
Усилием воли я заставил её успокоиться.