Пока что ты им только проигрываешь. Выбора у тебя нет. Либо идёшь на мои условия, либо умираешь. Снова.
— Я отомщу…
— Отомстишь. Но сможешь это сделать ты, наверняка, только тогда, когда я буду уже мёртв. Не думаешь, что в таком случае, мстить будет бессмысленно?
— Твоим потомкам…
— Ты сам сказал, что до наших потомков и предков тебе дела никакого нет, — я усмехнулся вновь. — А сейчас что, передумал?
— Играешь в слова…
— Выбора у тебя нет, — я резко сменил ироничный тон на жёсткий. — Либо подчиняешься, либо возвращаешься обратно.
— Смертный…
Луч Велеса выстрелил снова. Попал в те же рёбра. Снова ледяная корка и снова она разлетелась на куски, а следом трещина на одном из рёбер Кощея расширилась до предела. С громким треском это ребро отвалилось и полетело вниз, прямо на продолжающих суетиться духов.
Вот от волны смерти они оправиться ещё не смогли.
— Принимай свой решение, — сказал я.
Кощей недовольно покачал головой.
— Я не желаю тебе служить…
— Это твой выбор.
— Но я не желаю исчезать полностью… лучше верни меня в смерть… но оставь цепи… пусть у меня будет шанс воскреснуть…
— Шанс есть всегда. Как бы сложно ни было, — произнёс я. — Но твоё предложение мне не интересно. Раз не хочешь служить — отправишься в более надёжную «форму» существования. Зачем мне враг, который захочет отомстить мне или моим потомкам?
— Я дам тебе «Второй Шанс»…
— Ха! Мне не нужны твои подачки, — я рассмеялся.
— Не подачки… а силу… избежать смерти… один раз… — но тут его взгляд задержался на мне.
"Сначала я не нашёл, что ответить. Но эти боги, видимо, ощущали что моя душа не из этого мира. Поэтому, заразы такие, не преминули возможностью пользоваться этим знанием в любой удобный момент, чтоб их!
— Объясни.
— Ты оживёшь… если погибнешь… таков мой дар… а взамен ты вернёшь меня в сон…
— Интересное предложение. Но вдобавок ты дашь клятву, что никогда не пойдёшь против меня или моих потомков.
— Договорились…
После чего я с горем пополам успокоил Велеса. Затем Кощей дал мне Слово. И вручил так называемый «Второй Шанс».
Он протянул огромный когтистый палец к моей голове. Выглядело угрожающе. Но на самом деле навредить он мне не мог, потому что данное богом Слово ненарушимо. А наш договор подразумевал взаимную безопасность, за исключением упокоения Кощея.
Остроконечный костяной палец коснулся точки в центре моего лба.