Ты знаешь, какова твоя роль в судьбе Империи.
— Но… — она проглотила ком в горле, — Руслан же пропал.
— Пропал. Но он найдётся. Уже совсем скоро, — Император вновь посмотрел в иллюминатор. Там, в небе, на расстоянии нескольких сотен метров от них, под облаками, летел самолёт.
Он пойдёт на посадку первым.
— А могу я… — хотела она задать новый вопрос.
— Нет, — жёстко ответил Император.
Она покорно склонила голову, чтобы ещё больше не раздражать отца. Пусть конкретно ей он ничего не сделает, но в этом самолёте были ещё и слуги.
Внутри Ады всё похолодело, когда она поймала себя на этой мысли. В самолёте вполне мог быть менталист. Рядом с отцом постоянно нужно было под контролем не только слова и эмоции, но даже собственный разум. Иначе это могло закончиться совершенно чем угодно.
— Ваше Величество, — прозвучал бархатный голос идеально вышколенного слуги, который появился в дверях.
— Прекрасно. Налейте мне красного. Я хочу видеть представление под него, — произнёс Император голосом, от которого у Ады внутри пробежала дрожь.
— С добавлением «сока»? — спросил слуга, имея в виду добавление эликсиров Мастера. В которые, по слухам, добавлялась кровь сильных одарённых и магических тварей.
— Побольше. Будет весьма символично, — рот Его Величества чуть исказился в жутком оскале. Сам он взглянул на дочь. — Будешь?
— Нет, батюшка, — замотала она головой.
Он хмыкнул.
— Ты во многом преуспела. Но так и не смогла избавиться от лишних нравственных барьеров. Впрочем, иначе бы наш с тобой дорогой граф Северский не заинтересовался бы тобой. Он у нас моралист.
— Но он ведь и…
— Ошибаешься, дорогая моя. Он вполне себе завалил бы тебя на койку. А, может, и повёл бы под венец, если бы не его женщины. Впрочем, этот вопрос скоро разрешится. Надо только… — оранжевая вспышка в небесах, — … немного подождать.
* * *Самолёт, за которым мы следили, исчез во вспышке взрыва.
Какого…
Мы стояли на полянке, посреди леса. И отслеживали, на какой из петроградских аэропортов самолёт сядет.
— Это ты сделал⁈ — я притянул Владислава к себе, держа за воротник.
Пёс и Борей собирались вмешаться, но у них на пути встал Илья Вершинин и Ардамун, оскаливший пасть. И сам Владислав поднял руку, давая понять что у него всё под контролем.