Я жду важный телефонный звонок с западного побережья Соединенных Штатов. Поэтому и распорядился, чтобы нам накрыли столик в отеле.
– В отеле? – напряженно переспросила девушка.
– Прости, Элоиза. У меня не было желания смущать тебя. Ты вольна отказаться. Но я на днях улетаю… Поэтому надеюсь, ты согласишься пойти на незначительные уступки со своей стороны.
Элоиза помедлила с ответом, анализируя его доводы. И, чтобы не прослыть беспричинно пугливой, сказала:
– Да, хорошо.
Маркус Коварис, как ему и подобало, проживал в лучшем отеле Лондона.
– Говорят, на крыше этого отеля отличный ресторан, с площадки которого открывается великолепный вид на ночной Лондон, – поделилась информацией Элоиза Смит.
– Мне это известно, поскольку это мой отель, – невзначай бросил Маркус."
"– В каком смысле? – не поняла она выражения «мой отель».
– Я его владелец, ибо я его купил, – растолковал Маркус Коварис.
– Неожиданная новость, – проговорила она.
– Мой этаж, – сказал мужчина, когда створки лифта бесшумно утонули в стене.
– Я полагала, мы ужинаем в ресторане… – растерялась девушка.
– Там шумно… Да и негоже владельцу трапезничать с постояльцами, – авторитетно объявил Маркус.
Он повел ее по коридору, вежливо поддерживая под локоть. Напряжение Элоизы возрастало с каждым шагом. Это был особый этаж – с минимумом дверей, к одной из которых подвел ее Маркус.
Он отворил дверь своего номера. Элоиза оказалась в скудно освещенном холле, за которым виднелись гостиная и столовая.
Маркус провел гостью к элегантно сервированному на двоих столу. Девушку приятно поразила изысканность его убранства. Стол застилала льняная скатерть исключительного качества. По бокам прозрачных фарфоровых тарелок покоились старинные серебряные вилки и ножи. Хрусталь сверкал и переливался, лаская глаз игрой бликов.
– Желаешь помыть руки? Ванная здесь, – Маркус махнул рукой в глубь номера. – Располагайся, а я пока распоряжусь насчет ужина.
Его приказание официанты выполнили мгновенно.
– Я допустил непозволительную грубость по отношению к тебе, – неожиданно заявил он вместо того, чтобы произнести тост.
– Правда? – удивилась Элоиза. – Я и не заметила.
– Я до сих пор не сказал, как ты сегодня прекрасна!
– О, благодарю! – рассмеялась девушка. – Ты реабилитирован.
– За возобновление нашей дружбы! – произнес он тост, поколебав ее самообладание.