За этим следовали глубокомысленные рассуждения Харри о том, как выгодно иметь заинтересованного лично инвестора в таком дорогостоящем бизнесе, как ювелирное дело. Он подкреплял свои доводы упоминаниями о крупных экономических потрясениях новейшей истории и выжимками из финансовых сводок.
И Кэти и Харри, каждый по-своему, энергично увещевали Элоизу продолжать общение с Маркусом, но при этом выспрашивали и прослеживали этапы развития их взаимоотношений, опасаясь излишнего сближения сексуальных партнеров, способного навредить их собственным интересам.
Они заметно раздражались, когда скупая на признания Элоиза оставляла их без информации к размышлению.
Несмотря на титанические усилия со всех сторон, атмосфера в доме ювелирного трио накалялась. Напряжение удавалось снять одному лишь маленькому Бенджамину, который был любимцем не только собственных родителей, но и тети Элоизы, няни Фло и подмастерья Питера.
Даже Маркус воспылал к мальчику нежными чувствами, что оказалось взаимно.
Бенджи разражался заливистым хохотом всякий раз, когда великан Коварис появлялся в их доме.
Родители ребенка умилялись, видя, как быстро драгоценный инвестор нашел общий язык с их сладеньким малышом. Но Элоизу это не трогало. Маркус – виртуозный манипулятор. Она просто не верила ему, и все.
Она не верила ему, не уважала его, отказывалась понимать, порой боялась, но… с трудом сдерживала себя, чтобы в порыве чувств не произнести теснящих грудь слов любви.
Элоиза болела любовью к этому человеку. Именно болела, поскольку здоровой эту привязанность она назвать не могла.
Тем более она не терпела досужих рассуждений Кэти и Харри на эту щекотливую тему. Они же, не понимая ее, становились все более многословными и менее скромными в высказывании версий и предположений. Порой Элоизе приходилось преодолевать мучительное искушение дать волю своим изнуренным нервам, накричать, возроптать, прослезиться, огорошить упреками. Но она смиряла себя, еще более замыкаясь…
– Мечтая, работу не доделаешь, – окликнула Кэти застывшую над эскизом Элоизу.
– Карты?! – брезгливо поморщилась Элоиза.
– А что я такого сказала? Да, карты. Любовь – это как пасьянс. Одна маленькая ошибка – и пасьянс не сложится.
– Избавь меня от этой пошлости, – огрызнулась женщина.
– Ты чистоплюйка, Элоиза, – обиделась Кэти.