Она догадалась, что Маркус не без цели подошел к ней и не примет отрицательного ответа от роковой блондинки. Чутье ее не подвело, поскольку Маркус игриво сказал, лишь мельком взглянув на свою силиконовую спутницу:
– Надин, дорогая, уверен, ты потерпишь. – Дружелюбная фраза прозвучала оскорбительно. Но Надин снесла и это, должно быть, давно привыкнув к подобному обхождению.
Они присоединились к Элоизе и Теду за их столиком, приставив к нему стулья. Была заказана бутылка шампанского.
– За старых друзей! – провозгласил Маркус, подняв бокал и пристально посмотрев на Элоизу.
– Я знаю Маркуса уже почти два года, но он ни разу не упоминал о тебе, – сказала Надин, обратившись к Элоизе. – Как вы познакомились?
– Я гостила в Греции у своей сестры Хлои. Она арендовала виллу неподалеку от виллы Коварисов на острове Рикос. Хлоя сдружилась с дядей Маркуса, Тео. Так мы и познакомились на одной из вечеринок у бассейна… – непринужден но сообщила девушка.
– И как поживает твоя сестра? – двусмысленно полюбопытствовал Маркус Коварис, лукаво улыбаясь.
Из-за этой улыбки и странной интонации Элоиза заподозрила неладное.
С раннего детства она была вынуждена называть свою мать по имени, говорила всем, что они – сестры. Хлоя родила Элоизу, будучи очень юной. И впоследствии стремилась скрыть свою опытность от нравившихся ей мужчин. Элоиза видела в этом проявление женского кокетства. Хлоя стремилась не только выглядеть, но и слыть моложе своих лет.
Элоиза выдержала многозначительную паузу, после чего скорбно произнесла:
– Сестра умерла более трех лет назад.
– Прими мои искренние соболезнования, – бесцветным тоном проговорил Маркус. – Хлоя была особенной женщиной, – выразительно сообщил он.
С каким бы подтекстом Маркус ни произнес этот эпитет, он был правдив.