Поэтому, перед тем, как составить ежедневный отчет в конце дня, решаю заглянуть в столовую на первом этаже. Хоть стаканчик кофе в дорогу куплю.
Лифт оказывается закрыт по техническим причинам. Спешно толкаю дверь на лестницу.
Двумя этажами ниже курилка. Кто-то из сотрудников как раз обсуждает свежие сплетни. Благо, я не курю и в вечном перемывании косточек коллегам никогда не участвую.
Однако, ход замедляю, когда вдруг слышу свое имя в диалоге двух девушек:
– Да ну, думаешь эта Женя совсем идиотка, такого не замечать? Вся фирма уже в курсе.
– Ну а че? – отвечает вторая. – Он вроде ниче так. Симпатичный. Я б такого на ее месте тоже к рукам прибрала.
Мне не хочется верить, что речь обо мне и Антоне. Но что-то внутри уже начинает подрагивать.
– Ага, – ухмыляется первая. – Но это же надо гордости вообще не иметь. Над ней вся фирма уже потешается.
– Деньги не пахнут! – со знаменем дела отвечает ей собеседница.
В моем горле почему-то образуется большой тяжкий ком.
– Слушай, этот Антон даже ко мне яйца подкатывал. Но ты же знаешь, я по нашему генеральному все с ума схожу. Как вижу его, так прямо слюни текут. Такой классный мужик. Так что этому, конечно, дала от ворот поворот.
Ну не-ет.
Нет. Нет. Нет.
«Этот Антон» – точно не может быть моим мужем.
– Может, эта Женя все-таки ничего и не знает, – задумчиво говорит одна из сотрудниц.
А много ли у нас в фирме Антонов, чьих жен тоже Женя зовут?
Холодеют ладошки.
Девушки, тем временем, докуривают свои сигареты. А я так и продолжаю сжимать перила, находясь на этаж выше от них. Ноги словно свинцом налились.
А напоследок слышу еще один обрывок их фраз:
– Да какая разница, знает, не знает. Сама дура виновата, что замуж за такого кабеля, как Прокофьев вышла. О таких надо держаться подальше.
Все темнеет перед глазами.
Прокофьев у нас в фирме вообще только один.
Речь шла о моем муже.
И обо мне.
2
Тело само собой дергается, а разум до сих пор не в силах поверить в услышанное. Ноги несут меня ниже. Врываюсь в облако табачного дыма, где только что курили две сплетницы.