Уже столичные акулы пожаловали, чтоб состряпать «горячую» новость. Я уеду. Мне всё это не нужно…
* * *Поставив в известность всех клиентов о том, что я уезжаю, лишь от Настасьи Павловны услышала добрые, душевные пожелания. Было горько осознавать, что и в таком городе как этот, мне не посчастливилось найти свое место. Разумеется, столица не готовит радушный прием, и там мне не станет легче или проще жить. Просто рядом будет семья, от которой, когда-то хотела убежать. И как бы странно не звучало, на всем белом свете не найдется никого ближе и роднее, чем они все вместе взятые.
* * *Набравшись смелости и мужества, опять-таки пришла в отделение. Голицын отдал свой кабинет для работы московских коллег. В его кабинете, на пару с Иваном, с бумагами возились двое мужчин. Оба одетые с иголочки, не по местной погоде. Предусмотрительно постучав в дверь, открыла:
- Добрый день.
- Добрый день, Елена Александровна. Я майор Онегин, мой напарник, Олег Решетников. Нашего командира, вы уже знаете.
- Очень приятно. Не хотела вас отвлекать, но меня просили подойти, чтобы поставить подпись.
- Решетников, вам все расскажет. Олег? – Онегин обратился ко второму мужчине с близко посаженными глазами."
"- Работайте, я сам поясню Елене Александровне ее дальнейшие действия. – Перебил Иван, выводя меня из кабинета в коридор.
- Перед тем, как уехать, хотела бы покончить со всем раз и навсегда. – Ерепенилась я.
- Суд состоится через несколько недель, как только прокурор ознакомится с материалами дела.
- Мне все равно. Вызовете, если я вам понадоблюсь.
Ваня огляделся, будто беспокоился, что его услышат.
- Ты нужна мне.…Но на это уйдут месяцы. Тебе придется часто встречаться со мной и прокурором. Грамотно выстроенное дело, это девяносто девять процентов успеха.
- И надолго все затянется? – я будто не услышала фразу о нужности.
- Как я уже сказал, все зависит от того, как быстро разберем все по частям, найдем соучастников, выведем схему.
- В подробностях описать изнасилование и попытку убийства? Ты это имеешь в виду?
- Лен, мой долг защитить тебя и таких же как ты. Ты поможешь сотням надломленных, изуродованных душ. Или позволишь им и дальше гулять на свободе?
Он сдавил мне плечи, показывая свое неравнодушие. В ответ хотелось провалиться сквозь землю, чтобы не прокручивать в голове те события.