Попьем вина, покувыркаемся, - Тимур нахмурился, стараясь вспомнить, когда это он такое говорил, но я не дала ему вставить и слова: - а у меня мозг работает сразу в другом направлении. Для меня секс и легкость сейчас несовместимые понятия. Особенно после того как мне рассказали, что я никчемная, неумелая, неинтересная, некрасивая. И ничего не могу.
- Ты все можешь.
- Да ну? Как-то за двадцать лет не получалось.
- О Господи, не хотел это делать, но пойдем.
Я не успела даже пикнуть, как меня скрутили и поволокли в сторону тренажера.
- Ложись на живот, - он ткнул пальцем в сторону скамьи для жима.
- Тимур, ты ку-ку? Я без формы.
- Ты ляжешь или мне самому тебя уложить?
Выглядел он при этом до того устрашающе, что я подчинилась. Мало ли что там у лысых психов в голове. Может он засмотрелся на мои роскошные кудри и решил снять с меня скальп себе для паричка в стиле Людовига четырнадцатого.
- Ай, - обернувшись, я увидела, как мне на щиколотки прицепили утяжелители.
- А теперь поднимай ноги.
- Не буду.
- Будешь.
Он придавил меня животом к скамейке, так что даже при большом желании я бы отсюда не выбралась. Вот же придурок! Ну, ничего, уже через несколько минут сюда наконец придет администратор. Или клиенты. Или отряд полиции, чтобы связать этого извращенца, а я пока потяну время. Не буду спорить с буйно помешанным в активной фазе.
Чтобы не провоцировать его больше, молча согнула и толкнула ноги вверх. Вслед за ними поднялась юбка, край ее лег на бедра, открывая взору все что ниже.
Упражнение легкое и монотонное, ничего кроме недовольства оно во мне не вызывало. Тимур опустил лапищи мне на попу, слегка массируя ягодицы и поднялся наверх, прижимая поясницу к поверхности скамейки так, что между телом и лежанкой не осталось воздуха.
- Не останавливайся, - произнес он тихо, надсадно."
"Я снова подняла ноги, и потом. И опять. В десятый или в сотый раз, мозг отказывался считать. Вместо этого он сконцентрировался на странном ощущении внизу живота.
- Вот так, - прохрипел Тимур у меня над ухом.
Он меня не касался.