***
Руслан.
Когда любимая вошла в залитое солнцем кафе, мы с дочкой пили третий по счету молочный коктейль. Я сразу заметил жену. Она притягивала взгляд всех мужчин тут.
Необычно красивая, с распущенными локонами белокурых волос и голубыми глазами – словно Ангел, зачем-то спустившийся на грешную землю. И в моей груди привычно разлилось чувство тепла.
– Мам! – Дочка помахала рукой.
Сашка обернулась, махнув волосами, и на ее губах расцвела улыбка.
– Привет, любимые, – чмокнула нашу дочку, потом меня. Притянул на миг ближе, жадно вдыхая запах волос.
– Ты в порядке? – спросил, когда мы сделали заказ и расправились с обедом. Наша дочурка о чем-то без умолку болтала, переполненная школьными впечатлениями. Первоклашка теперь. Черт, меня раздувает от гордости.
Сашка дернулась, будто вынырнув из своих мыслей.
Показалось, что она хотела о чем-то сказать, а потом… Любимые губы растянулись в улыбке. И напряжение дня в миг ушло.
– Я в порядке, – задумчиво сказала она.
Я вопросительно приподнял бровь, удивляясь загадочным словам любимой жены:
– Что-то случилось? – Не тая интереса, спросил.
– Нет, – непринужденно мотнула она головой и рассмеялась, заставляя бабочек в моей груди щекотать легкими крылышками. – Ничего не случилось. Но вечером тебя ждет сюрприз.
Я ждал вечера словно ребенок. Вечно Сашка что-то придумает, и заставляет меня мучиться в сладком томительном предвкушении.
Но этот сюрприз оказался самым важным из всех, что мне преподносила любимая девочка.
Ребенок. Она беременна. Я снова буду отцом!
И вновь все получилось естественно! Без ужасных искусственных процедур! Мы хотели второго ребенка, но я так переживал, что моей девочке придется проходить через ЭКО.
А вот теперь… Второй ребенок пришел в нашу жизнь тогда, когда мы были просто готовы.
– У нас будет сын! – Воскликнул я, подхватив ее на руки, и закружив по нашей спальне. – Как же я тебя обожаю, любимая!
Ее звонкий смех пронесся переливом по комнате.
– Не кричи так, – пожурила меня, – дочку разбудишь. Кто скажет ей о братике? Ты или я?
– Вместе, – запальчиво отозвался, и поставил свою девочку на пол. Но только для того, чтоб через миг повалить ее на кровать, накрыть своим телом, и осыпать миллионами поцелуев.
– Я люблю… – задыхался, – как же я тебя люблю. Больше жизни.
Она смеялась, запуская мне в волосы пальчики, и подставляла шею для поцелуев.