Вместе с доченькой идем умываться.
— А кто был тот ночной монстр? — промокнув полотенце личиком, спрашивает Аленка.
— Это был не монстр, — стираю с губ остатки зубной пасты, — а человек. Какой-то сумасшедший. Знаешь, солнышко, не все люди адекватные. Встречаются и такие экземпляры, к сожалению.
— А если он опять придет?— округляет глазки.
— Не придет.
— А если придет?
— Тогда наш папа так ему двинет, что улетит на Луну.
— Папа может… — морщит носик и соглашается Алена. И вдруг вздыхает: — В садик собираться надо.
Подумав отпустить дочь в садик и оставить там без надзора людей, которым я полностью доверяю, на сердце снова становится тяжело. Нет, я не смогу после пережитого спокойно отправить свою крошечку.
— Как насчет прогулять сегодня садик? Поедешь к Римме, пока мы с папой наведем в доме порядок?
— Ого! — она удивленно приподнимает бровки. — Класс!
С Риммой Аленке всегда интересно. Мать умеет придумать занятия вроде дыхательной гимнастики, духовного поиска своего женского начала или домашнего салона красоты народными способами, которые кажутся Аленке чудаковатыми, но вызывают любопытство.
Позже мать и Алена уезжают на такси.
Захар еще спит.
Пока жду клининг, решаю отвлечься и сама выношу крупные осколки во двор и складываю в кучку. Трель звонка, доносящаяся из дома через распахнутую настежь дверь, заставляет меня насторожиться.
Кто-то подъехал к воротам. На экране наружного наблюдения показывается Кириянова. Жму на кнопку, чтобы открыть ворота, и спешу встретить начальницу.
"— Захотела лично убедиться, что с вами все хорошо, — говорит Эльвира Леопольдовна и окидывает взглядом дом. — Да уж, неприятность…
Наши выбитые окна видно сразу.
— Не то слово, — вздыхаю я. — Кофе выпьете или чай?
— Я ненадолго. Просто стакан воды.
Располагаемся с Кирияновой в гостиной.
— Подозреваешь кого-нибудь? — Эльвира, откинувшись на спинку дивана, приподнимает бровь.
— Сначала думала, что это может быть Ирина, — говорю шепотом, — любовница мужа.
Эльвира хмурит межбровку.
— Конечно. Как хитрый лощеный кот зашел… Только у меня аллергия на такие вот мурлыкающие экспонаты…
Наш разговор прерывает Суворов, спускающийся на первый этаж.
Едва увидев его, Кириянова аж присвистывает.