Но свет от моего браслета начал разгораться, освещая лисицу. Вот фиолетовая нить потянулась к её сердцу, проходя по телу. В конце пути свет начал мерцать в такт биения сердца Мидори.
Глаза Мидори засветились фиолетовым огнём, который стал менять свой цвет на голубой. От сердца разбежались по всему телу зелёные нити жизни, а кончики хвостов загорелись белым огнём. Лиса улыбалась, я улыбнулся ей в ответ. Казалось, мы можем так стоять целую вечность, ведь мы были единым целым. Я не читал её мысли, но чувствовал, что она счастлива.
Когда открыл глаза, первым делом увидел озабоченную моську Мери, которая придерживала меня, чтобы я не упал со стула, на который меня кто-то усадил. На соседнем стуле сидела в полусознательном состоянии Мидори, её держала Мирра.
— Я тоже так хочу! — требовательно сказала Мери, меня хватило лишь на вопросительный взгляд — не знаю, что у вас там произошло, но вы оба практически потеряли сознание. Но даже так, Мидори улыбалась, разве что слюни от счастья не пускала — обиженно добавила блондинка.
— Я, пожалуй, тоже не откажусь — тихо со своего места сказала Мирра, ревниво посматривая на лису.
В общем, отказывать я и не хотел, но после такого магического контракта, надо было принять меры предосторожности, дабы избежать травматизма. Особенно актуально это стало, когда я попытался встать и меня знатно повело. Постояв минуту, аккуратно взял Мидори на руки и отнёс её в спальню. Хорошо, что мы теперь живём не в самом трактире, это было бы знатным палевом. Остальным я сказал, чтобы тоже переместились по своим комнатам.
"Сначала пошёл к Мери, аккуратно сделал надрез и взял её за ладонь. Спецэффектов было поменьше. Но в процессе становления связи Мери притянула меня к себе и засосала как в последний раз в этой жизни. Меня это дико завело, но я удержался от продолжения. Но даже этого хватило, чтобы Мери охватил огонь целиком, который менял свой цвет несколько раз, остановившись на почти прозрачном пламени. В итоге она вырубилась, как и хотела, с улыбкой блаженства на лице.
Когда зашёл к Мирре её знатно потряхивало. Сначала подумал, что от страха, но я оказался не прав. Мирра рывком повалила меня на кровать и начала целовать. Практически оседлав меня, она взяла с тумбочки нож и полоснула им по руке. Я снова взял женскую ладонь, и снова круговерть тьмы, огня и света. В этот раз всё было в зеленых всполохах. Зелёный цвет ей к лицу.
Очнулся я поздно ночью, один в своей кровати, но как тут оказался, не помнил совсем.