Самое страшное, что там было много детей и подростков — только не говори, что и детей тоже? — де Ревель молча кивнул
— Теперь ты понимаешь, как тяжело находиться в этом кресле — снова заговорил де Ревель — каждый понедельник, в день личных обращений, ко мне приходят родственники пропавших без вести, а я ничего не могу сделать. Мой полк это тысяча человек, девять сотен стражи плюс особая рота командира полка. Из которых доверия вызывает только первая и вторая сотня, ну и особая. Триста человек из тысячи, думаешь, я хоть что-то контролирую.
— Моя первоочередная задача? — самый волнительный момент, а то вдруг недовесит начальство, и ты домой уйдёшь неуставшим.
— Начнём с малого и сразу самого тяжёлого — глядя мне в глаза, сказал полковник — чистка улиц и возврат доверия к страже.
— Да уж, лёгкая прогулка — усмехнулся я — но, подход я одобряю.
— Опыт у тебя есть, но всё-таки больше военный, я так думаю.
— А что будет, если я скажу, что имею опыт устранения лидеров преступных кланов на сопредельной территории? Прибыв на эту самую территорию с голыми руками и одним золотым в кармане. Или организация мятежа в небольшой стране, чтобы сместить плохого диктатора на своего хорошего? — было весело смотреть, как у де Ревеля глаза занимают всё больше площади на лице — Пожив в тени города пару месяцев, я смогу много кого отправить на тот свет, кто заслуживает мучительной смерти.
— Кто ты? — только и смог выдавить де Ревель — что за государство такое, кто держит таких…воинов?
— Большое государство, из-за этого, от него хотят постоянно что-то отщипнуть — уклончиво отвечаю я — а кто я, ответ прост. Я палач на службе Родины, а если надо, то и цепной пёс — а сейчас, похоже, де Ревеля пробрало до конца, надо его успокоить — не волнуйтесь, ни вам лично, ни Анимории я не враг. Возвращаться мне некуда, значит, свои навыки будем адаптировать под местные реалии.
— Ты бы видел себя со стороны, точно бы обделался — проворчал полковник — уверен, я сейчас видел то, что твои противники перед смертью. Хорошо, что ты с нами, такой человек в криминале и нам точно хана.
— Действительно, хорошо — соглашаюсь я со смешком — сам несказанно рад этому факту.
— Ладно, хватит разговоров, пора заняться делом — отвечает де Ревель — давай свободную от браслета руку.