Мои глаза горели, а дорога временами становилась размытой. Глубокая темнота, в которой свет фар не касался окружающего, только усиливала потребность моего тела в отдыхе. Но расстояние между мной и тремя машинами, идущими впереди, увеличивалось, и разрыв мог оставить меня еще дальше, не говоря уже о том, что это позволило бы двум моим преследователям догнать или, что еще хуже, обогнать. Стиснув зубы, я попыталась не обращать внимания на давление в мочевом пузыре. Чтобы прогнать усталость, я включила радио, воспроизводя из динамиков свой любимый плейлист классического металла.
Даже музыка больше не помогала, поскольку последние тридцать минут гонки текли незаметно. Мое желание сходить в туалет превратилось в болезненную пульсацию в нижней части тела, а спина и задница стали полностью каменными. Я уже почти не чувствовала своих пальцев. Все, о чем я могла думать, это туалет и сон.
Мое внимание переключилось на одну из ведущих машин, которая медленно сбавляла скорость.
Машина Адамо. Он действительно притормаживал, чтобы провести ночь рядом со мной. Я не была уверена, польщена ли я или раздражена. Девушка в беде не моя любимая роль. С другой стороны, его общество не было неприятным, но до этого момента мы не оставались наедине. И я поняла, что именно так мы и проведём сегодняшнюю ночь — наедине, — когда остановим машины ровно в четыре часа.
ГЛАВА 7
Я не планировал тормозить, чтобы Динара провела ночь рядом со мной. Это было спонтанное решение, когда я заметил ее машину не слишком далеко позади. Я не терял слишком много времени на других лидирующих машин, позволяя ей догнать меня, ничего такого, что я не мог бы компенсировать в последующих гонках. И даже если я не закончу семидневную гонку первым, это не проблема. Я не нуждался в деньгах и все равно заработал бы достаточно баллов, чтобы остаться в гоночном лагере.
Я усмехнулся, понимая почему, что напомнило мне о моей собственной проблеме. Облегчившись в темноте, я прислонился к капоту своей тачки и уставился в звездное небо. Так далеко за пределами цивилизации звезды всегда сияли ярко.