Он развернул меня и опустил на землю, затем поднял мои ноги на плечи и поднял мою задницу. Его кончик уперся в мою чувствительную плоть. Его голубые глаза выглядели расстроенными. Неконтролируемые. На этот раз.
Он медленно скользнул в меня, потом снова вышел. То, как он держал мои бедра, я могла видеть его эрекцию, скользящую между моих складок, когда я чувствовала, что мои стенки уступают ему.
Мышцы Фабиано напряглись, пока он медленно входил и выходил из меня. Я не думала, что способна на еще один оргазм после моего последнего, но вид члена Фабиано, зарывшегося в меня, возбудил меня еще больше.
"Я начала дрожать. Фабиано мрачно улыбнулся и раздвинул мои складки большими пальцами, открывая клитор. Если он прикоснется ко мне, я развалюсь на части. Но он этого не сделал. Он только смотрел, как его член скользит туда-сюда, его большие пальцы были так близко к тому месту, где я больше всего нуждалась в его прикосновениях.
Я протянула руку, слишком отчаявшись освободиться, чтобы ждать его движения, но он схватил меня за запястье.
— Фабиано, — взмолилась я. — Перестань меня мучить.
Хищник ухмыльнулся.
— Но это то, что я делаю лучше всего.
Добрый Бог. Я даже не могла притвориться, что мне не все равно. Он скользнул в меня снова, а затем, к счастью, он захватил мой клитор между пальцами и закрутил его между ними. Я развалилась на части.
Я заставила себя открыть глаза, желая увидеть его. Голова откинута назад, глаза закрыты. Самое удивительное зрелище.
Он медленно опустил голову и посмотрел на меня, кривя губы.
— Я действительно развратил тебя. Ты даже не волновалась, что кто-то может войти к нам.
Я повернула голову в сторону. Бар был пуст, но, конечно, он был прав. Мы не запирали двери, и Роджер не в первый раз проводит ночь в своем кабинете.
Я закрыла глаза рукой, пытаясь отдышаться. Фабиано взял меня за запястье и оттащил, затем поднял меня, так что я оседлала его ноги. Я обняла его за шею, ища в его глазах подтверждение того, что он был в порядке, когда я так наслаждалась этим.
— Знаешь, ты того стоила.
Он уткнулся носом мне в шею, и я улыбнулась про себя.
— Чего именно? — прошептала я.
— Боли, ожидания, гнева Римо. Всего.
Это было место, где все началось.