Правда, Бог увидел то, что создал, а мне свое творение увидеть не доведется, разве что в мечтах. А мечтаю я, что Долина будет краем великого изобилия. Она сможет прокормить целый мир, да, наверно, и прокормит. И жить здесь будут счастливые люди, тысячи счастливых людей. — Глаза его вдруг погасли, лицо стало грустным, он замолчал.
— Выходит, я не пожалею, что надумал здесь обосноваться, — сказал Адам. — Если у Долины такое будущее, где же еще растить детей, как не здесь?
— И все же кое-что мне непонятно, — продолжал Сэмюэл.
Адам вздрогнул.
— Чуть не забыл: я обещал вернуться пораньше. Кэти, моя жена, ждет ребенка.
— Но у Лизы уже скоро обед будет готов.
— Вы ей все объясните, и она не обидится. Жена у меня неважно себя чувствует. И спасибо, что растолковали мне про воду.
— Я своей болтовней, наверно, испортил вам настроение?
— Нет-нет, что вы, нисколько. У Кэти это первый ребенок, и она очень волнуется.
Всю ночь Адам мучился сомнениями, а наутро поехал к Бордони, ударил с ним по рукам и стал хозяином земли Санчесов.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
1Об американском Западе тех лет можно рассказать так много, что даже не знаешь, с чего начать. Любая история тянет за собой десятки других. Главное — решить, о чем рассказывать в первую очередь.
Если помните, Сэмюэл Гамильтон сказал, что его дети поехали в Пичтри на вечер танцев, устроенный в тамошней школе. В те времена школы были в провинции центрами культуры. Протестантство было завезено в Америку недавно, и протестантские церкви в мелких городках еще боролись за право существования.