– Спокойно, дамы! Без паники! Я сейчас быстренько отстучу в «аську», попрошу помощи…
– Сынок, ну что ты ерунду городишь, ей-богу! Тут дело серьезное, а ты нам про какую-то Аську поминаешь! Чем она нам поможет, эта твоя Аська? Ладно бы еще мужик какой, а то – Аська… Девчонка твоя знакомая, что ли?
Славик взглянул на мать снисходительно и чуть насмешливо, потом ласково погладил по плечу, ткнулся ей в затылок по-телячьи:
– Мамуль… Ты не обижайся, пожалуйста, но «аська» – она вовсе не девчонка…
– А кто это?
– Давай я тебе потом покажу, ладно? Все равно в двух словах я тебе про систему «айсикью» ничего не объясню.
Подмигнув стоящей в дверях соляным столбом Соне, он прошел к себе в комнату, и через минуту оттуда послышался торопливый ритмичный шорох-перестук быстрых пальцев по клавишам, будто дождь забарабанил в стекло. Вера Константиновна пожала плечами, закрыла за Соней дверь, пробормотала недовольно, кивнув головой в сторону комнаты сына:
– Господи… Чем бы дитя ни тешилось… Система какая-то! Ну вот что с него возьмешь? У людей горе, а ему лишь бы причину найти, чтоб за компьютер свой засесть!
Вздохнув, она обняла Соню за плечи, повела ее на кухню, приговаривая на ходу:"
"– Тебе поесть надо, девочка.
– Там Вика меня ждать будет… – глухо проговорила Соня, подняв на нее тревожный взгляд.
Мне бы только тетрадку оттуда добыть, где билеты лежат…
Вера Константиновна ничего ей на это не ответила. Что она могла ей ответить? Поставив перед ней тарелку с рассольником, сунула в руку ложку, погладила по голове. Потом присела напротив, приказала коротко:
– Ешь!
– Что? – удивленно посмотрела на нее Соня.
– Ешь, говорю! Остынет!
– А… Нет, спасибо, я не хочу, что вы…
Удивленно уставившись на ложку в своей руке, Соня долго ее рассматривала, потом тихо положила на стол, зажала руки меж колен и грустно уставилась в веселенькую кухонную стену, украшенную согласно вкусам хозяйки плетенками макраме, всякого рода и цвета тарелочками, расписанными под хохлому досками и другими приятными глазу предметами.