— Давай, шажочек за Катю!
Я сделал шажочек и за Катю, и за Свята, и за многих других жителей Савино, и за многих не по одному разу. Потом поток снова разветвился, а стоило мне выбрать правильное направление, на нас опять набросились монстры.
* * *— Уже двадцать минут на одном месте стоит, — едва слышно пробормотал Свят.
— Да выключи ты этот экран, — проворчал Рыбак. — Всё равно сделать ничего не можем. Только нервы трепать.
— Надо всё записать, чтобы в случае неудачи потомки могли это проанализировать.
— Так запись-то идёт! Тебе не нужно на него пялиться. Давай соберись! Через две минуты следующую глушилку кидать!
— Ладно, ладно. — Свят с трудом оторвал взгляд от монитора, где среди разноцветных линий, показывающих потоки энергии, замерла яркая жёлтая точка.
— Двадцать секунд!.. — крикнул Рыбак. — Пять… Одна. Давай!
Свят ударил по кнопке, и глушилка улетела в туман. Пятая. Осталось ещё десять, а потом… Потом Дима велел лететь домой.
Свят сжал кулаки, а в следующую секунду едва не свалился с доски от резкого крика.
— Он двинулся!
* * *Я давно сбился со счета не только времени, но и количества развилок, которые пришлось преодолеть. И схваток, во время которых отдыхал.
Отдыхал, а потом шёл во тьме навстречу усиливающемуся с каждым разом потоку. Хотя нет, не во тьме, передо мной хаотично мелькал калейдоскоп картинок из прошлой жизни.
Мой родной мир сменял Нижний Новгород, потом Савино… а дальше дикие земли, настолько плотно поросшие кристаллами, что они напоминали центр Москвы.
А ещё я видел лица. Моих родных и близких, друзей, преподавателей университета, и даже погибших врагов. И все они кричали одно и то же слово. Вперёд, вперёд, вперёд! Но мне казалось, я стою на месте.
— Не стоишь, Дима! — уже, наверное, в сотый раз в голове прозвучал голос Акаи. — Ты идёшь и довольно быстро! Ты молодец!
— Ой, не надо было мне с вами идти, — вступила в разговор грустная бабушка. — Это из-за меня такое сопротивление.
Отчасти она была права.
Во время решающей битвы в моём мире основным оружием должен был стать человек, которому передали всех десятерых хранителей. Сильнейший верховный архимаг Юлиус. Я с ним, кстати, познакомился незадолго до тех событий. Так вот он вступил в бой на второй день, когда тьма уже поглотила половину нашей планеты и почти все единички погибли.