Вашим родным вы нужны живыми! Руководители, ни при каких обстоятельствах не посещайте дворец, оттуда выйдете уже не вы. Я, конечно, убью всех тех, кто лишил нас нашего любимого императора, а также убил или поработил его ближайшее окружение, но вы до этого можете просто не дожить…
— Интересно, братан?
Толстой резко повернул голову и увидел стоящего в конце длинного коридора Гордого.
— Познавательно, — ответил он.
— Согласен. Только ты это… Чуть подальше от окна отойди, а то у него слишком длинные руки.
Толстой кивнул и сделал три шага назад.
— … я знаю, многие из вас хотят присоединиться к нам и защищать родину плечом плечу с братьями, — продолжил вещать лидер Савино. — Но так мы только увеличим жертвы. Армия Савино хорошо обучена и сильна. Если нам понадобятся добровольцы, я сделаю ещё одно заявление…
Толстой глубоко вздохнул и поморщился. Сегодняшний разговор с Гордым кардинально поменял картину мира, и с его глаз будто спала пелена.
То, что этому вышедшему из озера ублюдку плевать на империю, было понятно сразу, но, как оказалось, ему плевать и на титул. И вот это уже совсем плохо. Это значит, что, если он почувствует близость поражения, он просто сбежит «выполнять волю Озера» в другое место. И что здесь останется, ему абсолютно безразлично…
Конечно, и самому Тимофею Матвеевичу по большому счету было плевать на империю, но имелся серьёзный риск того, что во всей этой ситуации он легко может стать крайним.
Что делать, он уже придумал. Осталось дождаться подходящего момента.
* * *— Эй, вы куда⁈ — Зычный голос Клавы заставил едва севшего за длинный стол Костю вздрогнуть.
Он повернул голову и увидел, как из подсобки выбегают трое японцев. Хотя японского в них остались мало. Они уже давно одевались, как и остальные савинцы, а сейчас и вовсе поверх одежды на них были грязные поварские фартуки.
— Я, что ли, картошку за вами должна дочищать⁈ — Клава выскочила следом за беглецами, но те уже сидели за столом напротив обалдевшего ликвидатора.
— Спаси, Костя-сан, — по-русски прошептал Ван.
— Клав, дай нам поговорить! — тут же грозно рявкнул ликвидатор.
— О, Костик, ты тут, — тут же пошла на попятную женщина. — Да говорите, конечно, они же свободные люди.