Да и одногруппники мои уже явно были в курсе, что у меня роман с преподавателем.
Они звонили, мы постоянно общались в нашем чате, я брала задания и просила сфотографировать или отсканировать для меня лекции. Никто, конечно, меня не попрекал, вся моя группа единым фронтом встала на сторону Руслана Евгеньевича и, кажется, от души полюбили его как преподавателя.
Я с гордостью и страхом читала их впечатления от его адвокатского клуба. Логинов умудрился обаять всех, хотя приняли мы его поначалу, мягко говоря, очень плохо.
Мне было страшно. В голове все смешалось. У меня не было проблем с самооценкой, но сомнения в том, что такой мужчина, как Руслан, правда в меня влюблен, иногда приходили. Свежи были и воспоминания о загрызайке и о том, что слишком легко он с ней расстался.
Мы много говорили об этом с Лилей. Подруга посоветовала любить, но не терять себя.
Единственные, кто, кажется, был не в курсе — мои соседки по комнате. Они по-настоящему поднимали мне настроение. Соня с Мариной звонили почти каждый день.
"Однако подруги мне звонили и поддерживали как могли.
Под веселое щебетание Виолы мы въехали в поселок. Я завертела головой, наслаждаясь осенней природой. Приоткрыла окно, вдыхая чистый лесной воздух.
— Дядя Вася, привет! — открыв окно, Виола помахала рукой проходящему мимо мужчине довольно преклонных лет.
Тот с доброй улыбкой махнул в ответ и продолжил свой путь.
Руслан притормозил у железных ворот, повернулся ко мне и уведомил:
— Приехали.
Мы вышли из машины, когда в проеме калитки показалась пожилая женщина с горящим, живым взглядом, который остановился на мне. Несколько мгновений мы смотрели друг на друга, а потом старушка улыбнулась, поправила платок, который на ней смотрелся не как на бабушке у подъезда, а как у озорного пирата, и пошла навстречу.
— Полина, — скорее утвердительно уточнила она.