И вдруг он явился свидетелем весьма забавного зрелища.
Этот ангел вплотную приблизился к трем джентльменам, которые вели оживленную беседу, но никто из них не заметил, как она взяла бокал с красным вином из руки самого невысокого господина, затем повернулась и поставила его на поднос проходившего мимо лакея.
Довольно странный поступок – как с ее стороны, так и со стороны любого, кто способен сотворить подобное.
Но, к его удивлению, она еще раз повторила этот трюк. На сей раз она взяла бокал из рук хихикающей дебютантки, слишком поглощенной беседой, чтобы заметить, как кто-то взял хрустальный бокал у нее из рук.
Чем она, черт побери, занимается? Уму непостижимо!
Как раз в это время мимо Лэрда проходил лакей. Он остановился около хозяина на некоторое время, давая Лэрду возможность взять с серебряного подноса наполненный вином бокал.
Довольно забавная мысль пришла в голову молодого графа. В глазах засветились озорные огоньки, и он ухмыльнулся. Лэрд торопливо пошел вслед за девушкой-ангелом, медленно обходившей гостиную, в которой было полно народу.
Прекрасно, просто прекрасно – теперь она шла к нему. Он подыграет ей. Так, пусть подойдет поближе. Хорошо.
Он стал оживленно беседовать с кем-то из гостей в надежде, что его явное невнимание к происходящему заставит ее выбрать его в качестве своей жертвы. Лэрд стал довольно громко смеяться, словно кто-то рассказал ему какой-то забавный анекдот.
Сердце напряженно билось, но он не осмеливался взглянуть на нее и только изредка бросал косые взгляды.
Все ближе и ближе подходила она. И вот это, наконец, произошло. Своими нежными пальцами, облаченными в перчатку, она взяла бокал за ножку и стала тянуть его на себя. Граф быстро поднял свободную руку и, прежде чем она поняла, что происходит, схватил ее за запястье и крепко сжал его.
"Девушка тихо ахнула и взглянула на него. Лэрд даже присвистнул, когда их взгляды встретились, и брови его приподнялись в изумлении.
Черт побери!
Ее волосы, кожа и даже платье были почти бесцветными, а губы и щеки напоминали нежно-розовые лепестки вишни, цветущей весной. А глаза! Словно сверкнули два золотистых огонька в обрамлении изумрудной зелени.