Почему какой-то семидесятилетний дряхлый дед распоряжается его жизнью? Сначала даёт поддержку рода, потом её же отнимает. Отправляет двоюродного внука в ссылку во Французский Коронат, а затем и вовсе заказывает его убийство? Причём действует последовательно, не отступая даже в случае неудач.
Когда Грузовик-сан не справился, патриарх отправил чистильщиков в больницу. Очнись я в той палате хотя бы на час позже, и всё — не стало бы ни Макса Граута, ни его верного слуги Альфи Голдмэна.
Вторую группу чистильщиков спугнул Валера.
[Не понимаю!] – хмурюсь, ибо мозг кипит от цунами накатывающих эмоций. — [Я же Густаву двоюродным внуком прихожусь⁈ Он родной брат Грега, моего родного деда… Но это… Это не очередная мокруха, а скорее фанатичное желание избавиться от Макса Граута.]
Меня также удивляет, что Густав действовал напрямую, а не через какого-нибудь мастера грязных дел, работающего в тени рода Граут. Налицо — прямая инициатива.
Сунься я сейчас в Москву, и сразу начнётся игра по чужим правилам. Статус простолюдина уязвим. Давление на полицию, подстава от ИСБ и других возможных кредиторов Макса — у патриарха найдётся тысяча способов избавиться от меня. Он, чёрт возьми, геомант-архонт [6] и находится всего в одном рукопожатии от правителя Российской Империи.
[Управляй своей судьбой, иначе она тебя раздавит,] — уже, наверное, в сотый раз на ум пришли слова Аталанты Силлы.
Для разблокировки телефона Серого Посредника использую его лицо и сканер отпечатка пальца. Хитрое средство связи, однако! Явно не массовое производство. Мне такие видеть ещё не доводилось. Пришлось даже считать сетчатку глаза вместо шестизначного пароля.
Судя по скупому количеству пиктограмм на экране, мне в руки попался именно рабочий телефон Лепина Кувандоя. Никаких личных заметок — всё строго по работе с примитивным уровнем шифрования. Заказов на некоего «М. Г» имелось аж пять штук. Четыре значились как провал. Догадаться, что речь о Максе Грауте, совсем нетрудно.