— Ты себя недооцениваешь, Алиша, — на губах Фредерика обозначилась лёгкая ухмылка.
Голубые глаза загадочно блеснули.
Не в первый раз я почувствовала при нём неловкость и смущение. Точно девица на первом свидании. Хотя, для меня это почти так. Прошло два года с гибели на задании Уильяма, моего супруга. Я успела забыть, каково это, быть женщиной, получать подарки, слушать комплименты, ощущать симпатию к кому-то и… влечение.
— А что делать с нашей находкой?
— Я долго думала об этом, — тяжело вздохнув, запустила пальцы в волосы.
Шпильки впивались в кожу. Ночь была беспокойной и сейчас даже такая мелочь доставляла неудобства. Немного подумав, вытянула все шпильки и встряхнул головой, позволяя волосам свободной волной опуститься за спину.
— Потерянные боги, тотемы, кровавые ритуалы. Наши предки не просто так отказались от язычества. Моя натура требует узнать все тайны, уж такова моя суть.
Вольфрам довольно кивнул, чуть прикрыв глаза. Показалось, что его вниманием больше владеют мои волоса и лицо.
— Согласен. Такие тайны опасны для жизни. Только что-то мне подсказывает, их пытаются разгадать и без нас.
— Будем готовы, — пожала плечами. — Что нам остаётся? Я буду тебя охранять, — призывно улыбнулась, но всё же слегка покраснела, осознав, как двусмысленно это прозвучало.
— Заманчиво, — Фредерик поднялся с кресла.
Энергичной походкой обогнул стол и подал мне руку. Слегка смутилась, но взялась за протянутую ладонь и поднялась со своего стула. Фредерик привлёк меня ближе. Сильные пальцы скользнули в волосы, чуть взъерошили их. В его глазах застыло восхищение.
— Надеюсь, ты свободна?
— Ты… Что ты имеешь в виду? — растерялась в ответ, завороженно глядя в кристально-голубые глаза.
— Ты работала всю ночь. Тебе ведь положен отдых? — пояснил он, слегка прищурившись.
Снова этот невозможный мужчина выбивает меня из равновесия.
— А вот как женщина ты уже не свободна, можешь не отвечать. Надо бы пояснить этот момент господину главному дознавателю, — пробормотал он недовольно.
— Фредерик! — рассмеялась легко и свободно.
Радость и воодушевление поднимались в груди, искрились в каждой клеточке тела.
— Да, я могу взять выходной. Но куда ты собрался меня отвести?
— Сначала отправимся к тебе.