— Где-то я это уже слышал… — задумчиво протянул Луценко, направляясь в сторону выхода, попутно вытаскивая из кармана пиджака записную книжку и телефон.
— Возможно, — Эрик широко улыбнулся, легкомысленно пожав плечами. — Но я уверен, она стоит этого риска. В любом случае.
Ответа на свое утверждение он. конечно же не получил. Да и не ждал особо, прекрасно понимая, что Луценко отговаривать его не будет, хотя и проследит, что бы обошлось без эксцессов. Вариант, что ему просто и без затей попробуют набить морду лица был далеко не самым фантастичным из всех возможных.
Громкий вскрик, звук бьющегося стекла и глухого удара отвлек его от размышлений и заставил встрепенуться всю стаю. Хаски навострив уши насторожились, а когда звук удара повторился, стрелой выскочили из кабинета, едва не сбив с ног экономку, спешившую к хозяину.
— Господин Эрик, там… Там…
В груди шевельнулись не самые хорошие предчувствие. А послышавшийся звонкий предупреждающий, многоголосый рык только подтвердил его подозрения. И парень поспешил в сторону кухни, уже примерно представляя, что произошло. Осталось только ответить на два извечных вопроса: кто виноват и что теперь делать.
Интересно, эти двое когда-нибудь смогут ужиться в одном доме или он все-таки безнадежно наивен?
Глава 9
Мама была на кухне и вдруг сверкнула гроза И странным, сине-зеленым светом заблестели ее глаза И завопила она: «Все! Хватит! Не надо! Не буду!» Открыла газ на плите и стала бить посуду.
Агата Кристи «Праздник семьи»
Знаете, что такое солнце?
Нет, это не та громадная штуковина на небе, что издевательски второй месяц подряд светит, но нифига не греет.
Звонкий, детский смех разнесся по палате, а я широко улыбнулась, уворачиваясь от попытки посадить мне на нос крупную черную кляксу пушистой кисточкой, измазанной гуашью. И не удержавшись, схватила в охапку это уже не маленькое такое чудо, закружив хихикающего пакостника.
Солнце — это улыбка на лице маленького, такого смелого и не умеющего унывать человечка.