Как известно, самое посещаемое место всея универа — это столовка. Голодное студенческое братство ценило ее не только, как источник желанной энергии, но и как неплохую возможность встретиться, поболтать и обменяться последними сплетнями. Куда ж без них.
И вот сейчас весь этот горящий нездоровым любопытством социум, сидела, затаив дыхание и созерцал жуткую в своей абсурдности картинку. Открыв рот и жутко напоминающий мне пресловутых чаек из мультика «В поисках Немо» с их визгливым «Дай!».
У меня даже рука рефлекторно за хлебушком потянулась, благо было кому отвесить подзатыльник и погрозить мне кулаком.
Меж тем к картинке добавился звук и сквозь рыдания, уткнувшейся в плечо Психа Наташки удалось разобрать первые фразы. Сеня мужественно терпел такое нерациональное использования себя любимого, сидя с самым пофигистичным выражением лица из всех возможных."
"Ржущий рядом Снегирев, уткнулся лбом в скрещенные на столешнице руки, изредка издавая что-то отдаленно похожее на стон.
— Он… А я… А мы… А там… И.
И снова всхлипнула, попутно чуть не задушив Сеню. В смысле, крепче обняв его за шею, чуть-чуть не рассчитав, что сил в ее хрупком теле окажется больше, чем надо.
Правда, ему никто не поверил, но выглядело почти достоверно, на троечку.
— Л-а-адно, — понимая, что кроме меня добывать информацию из нашей королевны никто не собирается, я взяла на себя эту миссию. И, честно стырив у старосты из-под носа кусок пиццы, поинтересовалась. — Он — это кто?
— Ж-ж-ж…
— Жарков? — с долей сомнения протянула, жуя добычу. И тут же чуть не подавилась ею, когда Наталья согласно закивала головой, едва не приложившись лбом об плечо своей «жилетки».
«Жилет» такой поворот событий, видимо, предвидел. Потому как успел вовремя подставить руку и уберечь себя от ненужных травм.
— Да ну нафиг, — искренне восхитился Снегирев, когда сумел-таки проржаться окончательно. И даже подался вперед, с каким-то новым интересом разглядывая бедную девушку. Еще и ко лбу ладонью приложился, выдав глубокомысленно. — Температуры нет. Странно, на бред тоже не похоже.