Впрочем, не сомневаюсь, что у мадам Чемберлен есть определенный план. — Старушка умолкла и сжала руку Каролины. — Пойдем, petite cherie, нам пора спускаться к ужину. Уверена, ты не позволишь Мадлен одержать над тобой верх… и даже над Алексом, если уж на то пошло!
Алекс поджидал их внизу лестницы. В кремовой рубашке, жилете из расшитой золотом парчи и синем сюртуке он был так неотразимо красив, что сердце Каролины отчаянно забилось. Увидев бабушку, он радостно удивился:
— Ну и ну, мадам, кажется, вы никогда не появляетесь в доме нормальным путем.
Старушка пристально всмотрелась в лицо внука живыми темными глазами.
— Я решила сопровождать Каролину, ибо считаю необходимым защитить ее от нашей… хм… почетной гостьи. — С этими словами она оперлась на руку, любезно предложенную внуком.
Лицо Алекса выразило досаду.
— Убежден, Каро способна сама за себя постоять, — отрывисто бросил он. — Буду вам очень признателен, бабушка, если вы придержите язычок. Прошу вас не устраивать сцен.
"Бабушка подняла брови, всем своим видом выказывая неудовольствие, но промолчала.
В гостиной Каролина увидела женщину весьма незаурядной внешности. Она стояла у камина, и ее волосы походили цветом на языки пламени. Мадлен Чемберлен, высокая и стройная, белокожая, с тонким носом и пухлыми губами, выглядела элегантной и чувственной. Подойдя ближе, Каролина заметила, что фиалковые глаза гостьи смотрят на нее оценивающе и с любопытством.
— Так, значит, это и есть маленькая Каролина! Я много слышала о вас, дитя мое!
Николас, стоявший рядом с Мадлен, закатил глаза.
— Весьма польщена, миссис Чемберлен, — ответила Каролина. — К сожалению, Алекс ничего не рассказывал мне о вас.
Мадлен взглянула на Алекса:
— Дорогой, я и не подозревала, что твоя маленькая подопечная — вполне взрослая и так мила!
— Мила? — воскликнул Николас, — да эта девушка настоящая красавица!
Мадлен смерила его холодным взглядом, а Алекс заметил:
— По-моему, нам пора пропустить по стаканчику.
— Алекс, а ты уверен, что ребенку можно пить спиртное? — насмешливо спросила Мадлен. Каролина как завороженная смотрела на гостью. Она восхищалась Мадлен и ненавидела себя за это. Платье у этой женщины было настоящим произведением искусства, и рядом с ней девушка казалась себе скучной и невзрачной.