— Меня зовут Эзра Пилквибиндер, мистер Бовизаж. Я приехал забрать девушку, с которой обручен, и требую, чтобы вы незамедлительно вернули ее мне!
Каролина оцепенела от ужаса, но Алекс лишь холодно улыбнулся.
— Полагаю, это невозможно, мистер Пилквибиндер. Эта дама, если вы говорите о ней, — моя жена.
Пилквибиндер побагровел.
— Ваша жена?! — Он прищурился. — Я этому не верю. Нет, это невозможно!
— Отчего же, — спокойно возразил Алекс, гладя плечо Каролины.
— Я требую доказательств! — в отчаянии завопил Пилквибиндер.
— Разумеется, сэр. Надеюсь, вы подождете, пока мой человек съездит в город к моему поверенному и доставит сюда необходимые документы. А теперь, сэр, простите, но мы с женой должны закончить прерванный завтрак. Располагайтесь здесь.
С этими словами Алекс помог Каролине подняться и вывел ее из комнаты. Пилквибиндер кипел от бешенства.
В коридоре Каролина удивленно взглянула на Алекса.
— Зачем вы это сказали, и что намерены делать? Но не успел Алекс ответить, как из большой гостиной послышался странный звук.
— Ради всего святого, что ты затеяла? — спросил Алекс.
Старушка загадочно улыбнулась:"
"— Идите-ка сюда, я знаю, как решить вашу проблему,
— Ты подслушивала? Господи, а я и забыл о существовании этого шкафа!
— Как видишь, он на месте и к тому же доходит до стены южной гостиной. Вам очень повезло, что я так любопытна!
— Скорее пронырлива, — уточнил Алекс.
— Pas du tout. [16] Я всего-навсего шла к тебе по подземному ходу, когда услышала возбужденные голоса. Разве можно винить меня за то, что меня волнует благополучие внука?
— Будь любезна, бабушка, перейди ближе к делу. В чем состоит твой гениальный план?
— Так вот, сделай вид, будто посылаешь человека к своему поверенному, а на самом деле мы отправим его за ближайшим священником. Вы спуститесь со мной в подземный ход, встретитесь со священником в моем доме и, прежде чем этот отвратительный тип о чем-то догадается, вас уже обвенчают.
Алекс помолчал, словно обдумывая слова бабушки. Глаза его странно блестели. Каролина молча наблюдала за ним, и сердце ее сжималось от сомнений и тревожных предчувствий. Наконец он проговорил:
— Видно, я все-таки попался. Ну ладно, идите вперед, а я напишу записку и передам ее с Пьером.