Девочка вскочила и, не колеблясь, подбежала к Алексу. Тот ласково обнял сестренку и усадил к себе на колени.
— Весьма польщен, ваше величество, — галантно сказал он.
Горошину нашел Николас. Он тотчас привлек к себе Мэри и припал к ее губам.
Каролина радостно повернулась к Алексу.
— Какой чудесный обычай! — воскликнула она. Потом, наклонившись к Кэти, тихо спросила: — Скажи-ка, для кого отложены те два кусочка? Нельзя ли отнести их Пьеру и Розе?
— Нет! Эти ломтики — для Христа и Богоматери! Их надо отдать первому бедняку, который подойдет к нашему дому.
Каролина бросила быстрый взгляд на Алекса, и тот тут же пришел на помощь жене:
— Ваше величество, разве вы не знаете, что это французский обычай? Уверен, что в Филадельфии все, кроме нас, съедают кекс целиком. К тому же, — добавил он, — Каролина — шведка, а в Швеции вообще не пекут крещенский кекс.
Каролина благодарно улыбнулась мужу.
ГЛАВА 26
Когда Рождество миновало, жизнь Каролины изменилась, ибо Алекс стал больше заниматься делами. Поручив своим людям следить за Пилквибиндером, он по-прежнему продолжал охранять жену, и Каролину это вполне устраивало.
В середине января внезапно началась оттепель. Теперь Алекс ежедневно уезжал в Филадельфию вместе с Каролиной, показывал принадлежащие ему корабли, знакомил с делами газеты, в издании которой принимал участие, а также с основами управления земельными угодьями, общей площадью в пятьсот акров, занимаемой Бель-Мезон.
Каролина схватывала все на лету и уже вскоре легко поддерживала любую беседу с компаньонами мужа. Друзья Алекса стали все чаще посещать Бель-Мезон.
Постепенно муж стал рассказывать Каролине о войне. Она узнала, что Алекс был в действующей армии, в частности, и в конце 1776 года, когда войска генерала Вашингтона перешли реку Делавер, застигли врасплох гессенских наемников в Трентоне и одержали первую большую победу.
— Как инженер Тадеуш не имеет себе равных по таланту и изобретательности, — сказал Алекс. — И он беззаветно предан делу свободы, какого бы народа это не касалось.