Алекс едва удержался, чтобы не выказать удовольствия, — он не желал унижать Каролину. По правде говоря, слушая ее пылкое обличение, он едва не рассмеялся. Теперь, чтобы Каролина не стыдилась своих слез, Алекс протянул руки и сжал ее в объятиях. Она тихо всхлипнула на его широкой груди, и ей сразу же полегчало.
— Все в порядке, Каро. Я понимаю вас лучше, чем вам кажется.
— Неужели?
— Подозреваю, сегодня вы говорили и делали то, что прежде вам не удавалось. И как мне ни трудно в этом признаться, должен сказать, что ваши проделки внесли приятное разнообразие в мою жизнь.
Каролина, уже успокоившись, молча расседлывала Молли.
К обеду Алекс подстрелил четырех жирных перепелов, а Каролина набрала в свою треуголку ягоды. Голубей они поджарили на вертеле. Господи, как же она была голодна… Каролина никогда не думала, что еда может пахнуть так аппетитно.
Между тем быстро темнело. Сидя у костра, она наблюдала, как Алекс поворачивает вертел, выструганный из ветки дерева.
— Почему вы так смотрите на меня? Неужели что-то во мне кажется вам таким смешным? — Она пыталась напустить на себя суровый вид, но ее карие глаза искрились.
Алекс расхохотался:
— Дорогая, я бы не сказал, что на вас смешно смотреть. Скорее это очень приятно. Я давно уже не встречал такой красивой девушки, которая при этом ведет себя столь раскованно.
Покончив с жарким, Каролина осведомилась, что он имеет в виду. Алекс растянулся на ковре из листьев, подложив под голову руки.
— Довольно скоро вы увидите их всех, но полагаю, лучше предупредить вас заранее: они — не то чтобы плохие или, к примеру, злобные люди, но просто чуточку, сумасшедшие.
— Вроде вас? - полюбопытствовала Каролина."
"— Да, малышка, вроде меня.