Эта, как сказал тебе Рома, «красивая брюнетка» – учительница биологии и извращенка по совместительству. Ей нравится заниматься сексом с моим мозгом!
Слава расхохотался. Без того раздражённому Иванову пришлось несколько секунд слушать гогот, перемежающийся всхрюкиванием.
Наконец друг снова заговорил:
– Вано, я впервые слышу от тебя такое. Радует, что хоть кто-то заметил кроме твоей внешности и кошелька серое вещество, без дела томящееся в черепе. Может, стоит кому-нибудь из друзей приехать тебе на помощь?
– Хорошо, приезжай сам или пришли Ромика.
– Только для видимости.
– Ну, всё равно что-нибудь знает?
– Что-нибудь знаю и я.
– Выручай. Это не женщина, а ходячая катастрофа, но не хочу, чтоб из-за меня она потеряла здоровье.
Вячеслав снова хрюкнул, но сумел удержаться от смеха.
– Не паникуй. Жди, скоро будем.
Иванов тяжело вздохнул; именно ожиданием он занимается больше двенадцати часов.
Директор попробовал ещё раз привести брюнетку в чувство, но через пять минут сдался и отправился в ванную комнату.
Через двадцать минут Наталья, по-прежнему не приходя в сознание, лежала в натянутом на голое тело платье. Иванов не стал застирывать его ночью. Он повесил наряд на плечики и обдал из душа тёплой водой, решив, что из стиральной машинки оно выйдет в непотребном виде, и оказался прав. В отличие от его измятых брюк и рубашки платье выглядело весьма сносно.
Лев крутил в руках два чёрных кусочка ткани, соединённых тонкими полосками. Этот цвет белья ему нравился намного больше розового.
Директор школы обернулся к зеркалу, вспомнив данное Сидоровой обещание обязательно примерить один из подарков, и, покосившись на лежащую трупом дарительницу, приложил шёлковый треугольник поверх брюк.
– М-да, размер и впрямь маловат…
Он хохотнул, представив лица друзей, если бы те застали его за этим занятием, а вспомнив, что ожидает их прибытия с минуты на минуту, вернулся к постели.
Иванов задрал подол синего платья и, повертев в руках стринги, решил натянуть их учительнице на бёдра. Пусть малюсенькая, но защита того самого места, в котором его «малыш» надеялся оказаться прошедшей ночью. Мало ли как станет делать осмотр «потерпевшей» Рома. Знает он этих озабоченных студентов.