Она раздвинула ноги, и он лег поудобней. Его рука переместилась на ее ногу, как раз на то место, где заканчивать ее ботфорты. Его рот переместился с подбородка на ее горло, где он целовал и посасывал нежную кожу, пока она в мыслях была готова расплакаться от такой заботы.
Сняв с нее бюстье, он отбросил его в сторону, и нашел презерватив, лежащий у нее в ложбинке между грудями, и дьявольски улыбнулся.
— Что это?
Ее сердце сжалось. Эта улыбка. Если бы этот мужчина не соблазнил ее раньше, то она бы сдалась от одного вида этой улыбки.
Джейс переместил презерватив на верхнюю часть ее ботфортов. Ее соски твердели от его пронзительного взгляда. Он не целовал и не касался ее возбужденной плоти, просто смотрел. Как на сокровище. В этот момент она чувствовала себя самой красивой женщиной на свете. И затем он наклонил голову и обхватил сосок губами.
Она ахнула вцепившись в его светлые волосы. Удерживая его голову на уровне груди, она выгибала спину, извиваясь от наслаждения. Его рука обхватила другую грудь и сжала нежно, поглаживая сосок большим пальцем.
Никаких сильных сдавливаний или неловких прикосновений. Этот мужчина знал, как ласкать грудь.
— Джейс, — промурлыкала она. — Джейс.
Она ерзала, расставляя ноги шире, желая, чтобы он заполнил ее тело. Его член прижимался к внутренней стороне ее бедра и она вскрикнула.
О боже, Джейс. Возьми меня.
Она хотела его. Наверное, еще с того момента как увидела его, стоящего в клубе. Он поднял голову, одарил ее милой улыбкой и накрыл губами сосок на другой груди.
— Джейс, — отчаянно выкрикивала она.
Его руки, поласкав декольте, опустились вниз, оставляя едва ощутимые поцелую на животе. Своим языком он занимался любовью с ее пупком, пока она не была готова взорваться. Спустившись ниже, он остановился на ее промежности, где его лицо едва не касалось ее.
— Джейс, пожалуйста.
— Ш-ш-ш-ш, Агги, нам некуда спешить.
Он опустил голову и поцеловал внутреннюю часть бедра. Она ахнула, ее киска сжалась, она была готова кончить, и понимала, что взорвется в считанные секунды, как только он войдет в нее. Но он не торопился.