– Надо же, – протянула я, – значит, автокатастрофа! А Раиса Андреевна сказала, что Ната погибла, катаясь на горных лыжах в Грузии… Очень переживала, что могилки нет, говорила, тело не нашли, лавиной снесло…
Сергей махнул рукой:
– У мамы в голове тараканы, последний ум потеряла, не обращайте внимания. Надо бы ее квартиру продать, да к себе старуху забрать, только она с моей Веркой вечно цапается, житья не станет. Вот и тяну с воссоединением… Совсем мать из ума выжила, такое навертеть! Горные лыжи, Грузия… Прямо кино! Небось сериалов насмотрелась.
В этот момент где-то в соседней комнате зазвонил телефон.
– Вера, сними трубку, – крикнул мужик.
– У вас телефон? – удивилась я.
– Чего же тут странного? – спросил Сергей. – Эка невидаль.
– Да нет, ничего, конечно, – протянула я, – только, помнится, маменька ваша страшно переживала о двух вещах: что могилы у дочери нет и что вам позвонить невозможно, телефон еще не поставили…
Сережа слегка порозовел, но не растерялся.
– Теперь понимаете сами, что она сумасшедшая? Наташа похоронена в апреле на Митинском кладбище, а телефон, вон он, тренькает! Так какой мне приз положен?
– Фотоаппарат, – обнадежила его я, – ждите, сейчас принесу, в машине лежит!
Во дворе я влезла в свой помятый «Форд» и покатила в сторону кладбища.
Глава 18
Я не люблю кладбища. Может, оттого, что мои мать и бабушка давно умерли… Невольно возникает мысль, что следующая в очереди на тот свет ты сама… Хотя у меня был еще и отец. Но его судьба мне неизвестна, он очень давно развелся с моей матерью и исчез из нашей жизни…
И потом, на кладбищах всегда царит дикий холод, даже жарким летом там пробирает озноб и даже на тех, которые давно превращены в музеи. В усыпальнице французских королей, Сен-Дени, расположенной недалеко от Парижа, я замерзла так, что, выйдя на залитую солнцем июньскую улицу, кинулась в ближайший бар выпить кофе.
– Небось из Сен-Дени?
Я глотнула обжигающую жидкость:
– Намекаете, что похожа на привидение?
Бармен захохотал:
– Нет, просто все, кто оттуда выбирается, опрометью кидаются сюда, чтобы согреться…
Над Митинским кладбищем носились с криком стаи ворон.