– Почему это?
– Я дала их Наталье в долг, в счет работы, которую она обязалась сделать, но не успела, – пояснила Лена, – так что вам придется вернуть заначку. У меня на руках нотариально заверенные документы.
– Какие? – испуганно спросила Света, похолодев от ужаса.
– Во-первых, расписка Кабановой, а во-вторых, ее письменный рассказ о том, кому доверены деньги и где они лежат. Значит, так, милочка. Завтра в любой удобный час явитесь в банк «Омо», пройдете в отдел ячеек, покажете паспорт, вам откроют ящик № 12, туда и положите денежки.
– Я не могу, – пролепетала Света.
– Ладно, – покладисто согласилась собеседница, – понимаю, у вас ребенок. Хорошо, называйте любой удобный день.
– Денег у меня нет, – шепнула Реутова.
Воцарилось молчание.
– Как нет? – раздалось потом. – Куда они делись?
Светочка принялась бестолково излагать суть проблемы:
– Ну, понимаете, Ната умерла…
На том конце провода слушали молча. И только когда Реутова, прозаикавшись, завершила рассказ, дама поинтересовалась:
– Значит, отдали все двенадцать тысяч?
– Нет, – пробормотала Света, – одиннадцать девятьсот.
Женщина помолчала, потом, коротко ругнувшись, бросила трубку. Несколько месяцев после этого разговора Светлана вздрагивала от каждого телефонного звонка. Но больше ее никто не беспокоил и денег не требовал.
– Значит, Ната сказала, что тысячи получила от белочки? – уточнила я.
– Ага, – кивнула Света, – так странно усмехнулась и выдала: от белочки, от такой милой рыжей белочки, которая не умела плавать с больным сердцем…
Я вышла на лестницу, спустилась на один пролет вниз, села на подоконник и закурила.
Быстро сбежав на первый этаж, я позвонила в дверь к Раисе.
– Опять вы? – слегка раздраженно спросила учительница. – А теперь что?
– Извините, кажется, я забыла у вас на кухне мобильный телефон!
– Идите, – буркнула пенсионерка.
Полазив для вида под столом, я продемонстрировала свой аппаратик, потихонечку вынутый из кармана.
– Нашла.