– Идешь сегодня куда-нибудь? – спросила ее товарка-портниха, когда мадам Биссетт удалилась к себе в квартиру на втором этаже. – Сегодня будут танцы.
– Не сегодня, Фанни. Но ты иди.
Эмме не пришлось повторять дважды. Не успела она поднять голову, чтобы послать подруге воздушный поцелуй, как Фанни уже скрылась за дверью.
В другой вечер Эмма могла бы воспользоваться редкой возможностью повеселиться на танцах, но не сегодня. Мало того что она ужасно тревожилась за мисс Палмер, так еще не могла прийти в себя после встречи с герцогом в Эшбери-Хаусе.
Наверное, герцог до сих пор радуется собственной шутке. Жениться на модистке? Ха-ха!
Как он смеет? Право же!
Эмма отогнала это воспоминание прочь, дав себе слово не думать о герцоге. У нее есть дела поважнее."
"Из ящика стола мадам Биссетт она достала огарок свечи, установила его на столе и высекла огонек при помощи кремня, стараясь действовать как можно тише. Нашарила в ящике кусочек оберточной бумаги, разгладила его ладонями и пожевала огрызок карандаша.
Тем временем мысль ее работала: линия талии в этом сезоне опустилась ниже – прощайте, силуэты в стиле ампир! Под таким платьем спрятать растущий живот будет непросто, однако нужно что-то придумать.
Эмма поднесла карандаш к бумаге и стала делать набросок. Мисс Палмер понадобится корсет с дополнительными складками по низу. Возможно, это будет платье с рядом маленьких пуговок внутри отрезной линии талии, чтобы присобирать или выпускать юбку. Соблазнительная пелеринка – совершенно необходимая вещь.
Эмма так увлеклась конструированием, что не заметила, сколько прошло времени, но вдруг в дверь постучали.
Эмма перепугалась до смерти, поспешно смяла набросок и спрятала в карман.
– Мастерская закрыта!
Но стук сделался только громче и настойчивее.
Вздохнув, Эмма направилась к двери, повернула ключ в замке и приоткрыла створку – всего на дюйм.
– Простите, но мы уже закрыты на ночь…
– Но не для меня.
Отодвинув девушку в сторону, мужчина буквально ворвался в мастерскую. На нем был темный плащ с капюшоном и цилиндр с полями, надвинутый так, чтобы скрыть лицо, но она узнала герцога сразу же. Только один человек мог позволить себе столь бесцеремонное поведение – герцог Эшбери.
– Мисс Гладстон. – Он слегка наклонил голову, едва удостоив ее приветствием. – Я же говорил, что мы с вами еще встретимся.
О господи!
Эмма закрыла дверь и повернула ключ.