Муция заколют. Бассиана заколют. Сатурнина заколют. Марция и Квинтуса обезглавят. Тамора умрет от болезни желудка – причину этой болезни вам не нужно знать. Аарона закопают по шею в землю и бросят умирать с голоду.
Ошеломленная Эмма повернулась к герцогу:
– Зачем вы все испортили?
– Я ничего не портил. Это трагедия Шекспира. Они у него все такие. Все действующие лица умирают – и пьесе конец. – Он взял Эмму за руку. – Нам пора ехать.
– Почему вы хотите ехать так рано?
– Вам тоже следует поторопиться. – Его голос посуровел.
Значит, это она стала причиной его беспокойства.
– Вы всегда делаете подобные предложения таким угрожающим тоном. А между тем это меня только больше интригует. – Она небрежно положила руку ему на бедро. Потом начала поглаживать – всего одним пальчиком.
Эмма немедленно почувствовала, как он начал возбуждаться.
– Женщина, вы меня убиваете!
Эмма пожала плечами.
– Вы же сами сказали: трагедия Шекспира.
– Довольно. – Герцог вскочил. – Я велю подать карету, и мы отправимся домой. В постель! И прежде чем я закончу, вы умрете десятью маленькими смертями, не меньше.
Очень хорошо. Если он настаивает…
Как только герцог вышел, Эмма попыталась вновь сосредоточиться на представлении. Безуспешно. С тем же успехом актеры могли бы говорить на латыни. Диалоги влетали в одно ухо и вылетали в другое, не оставляя в голове абсолютно ничего.
Через несколько минут Эмма возрадовалась, услышав звук открываемой двери. Она встала, торопясь выйти. Сценические страсти ее больше не занимали.
Вот только в ложу вошел не герцог.
Это была мисс Аннабел Уортинг.
Глава 24"
"– Мисс Уортинг? – Эмма была так потрясена ее появлением, что присела в глубоком реверансе прежде, чем вспомнила, что теперь она герцогиня и это Аннабел Уортинг полагалось приседать перед ней.
– Наслаждаетесь вечером, Эмма? – поинтересовалась вошедшая.
– Очень.
– Забавно, не правда ли? Никогда не предполагала, что наши с вами дорожки пересекутся в таком месте.
– И я тоже, мисс Уортинг. – Эмма настороженно разглядывала молодую женщину. – Простите, вы что-то хотели?
– Разве мне нельзя поздороваться со старой подругой?
Со старой подругой?
Бывшая невеста мужчины вряд ли может стать подругой жене того же мужчины. Более того, Эмма знала, что бывшая нареченная герцога никогда не отличалась ни добротой, ни великодушием.