– Вы пришли? – Молодая светловолосая и розовощекая женщина буквально втащила Эмму в переднюю. Едва успев закрыть дверь, поцеловала ее в знак приветствия в щеку. – Я Пенни.
– Пенни?
– Ах да! Мне следовало сразу представиться. Мое полное имя Пенелопа, но его так трудно выговорить, согласны?
Эмма была поражена. Так это леди Пенелопа Кэмпион? Сама открыла дверь дома, приветствует совершенно незнакомую женщину поцелуем в щеку? Выходит, последняя строчка в ее приглашении – отнюдь не преувеличение. Эта дама точно отличается от всех прочих.
Эмма присела в реверансе – вероятно, слишком низко для герцогини, но привычка модистки укоренилась в ней очень глубоко.
– Очень рада познакомиться.
– Взаимно. Остальные умирают от желания вас увидеть.
Леди Пенелопа взяла Эмму за руку и потащила за собой в гостиную. Комната представляла собой нагромождение мебели – бесспорно дорогой, но явно знававшей лучшие дни.
– Это мисс Тиг, – сказала Пенни, подводя Эмму к молодой рыжеволосой женщине, лицо которой было густо обсыпано веснушками и… белой пудрой, которая была очень похожа на муку.
– Она не считается фешенебельной, – пояснила леди Тиг.
– Зато она нескучная, – возразила Пенни. – Там обитают все скандально известные художники и сумасшедшие ученые.
– И одним из последних был мой отец, ваша светлость.
– Не слушайте ее. Она тоже из последних.
– Благодарю, Пенни, – сказала Никола. – Надо думать.
– А это мисс Александра Маунтбаттен. – Хозяйка дома повернулась к третьей гостье своего салона.
Мисс Маунтбаттен, очень миниатюрная девушка, была облачена в платье из невыразительной серой саржи, но ее внешность тем не менее поражала благодаря волосам, угольно-черным и блестящим, как обсидиан, зачесанным наверх и уложенным узлом на макушке.
– Алекс продает время, – сообщила леди Пенелопа.
– Я зарабатываю на жизнь тем, что сверяю часы по Гринвичскому меридиану, – пояснила мисс Маунтбаттен, склоняясь в глубоком реверансе. – Большая честь познакомиться с вами, ваша светлость.
– Садитесь же, прошу вас, – сказала Пенни.
Эмма подчинилась, опустившись на предложенный стул – резного дерева, который, похоже, был доставлен из старинного французского замка, а может, и из королевского дворца. Его обивка, однако, протерлась почти до дыр.
Где-то в задних комнатах дома раздался звук, похожий на блеяние.
– Это Мэриголд. – Пенни взяла чашку. – Не обращайте внимания.
– Мэриголд?
– Коза, – пояснила Никола.