Почему же считается унизительным для женщины купить раба-мужчину, но при этом мужчины вполне покупают на невольничьем рынке рабынь и заключают порой ужасающие контракты с женщинами, у которых нет выбора – только проданная свобода или голодная смерть?».
Она довольно вздёрнула подбородок – ей очень нравилось, как подобные фразы звучали вслух, трогая за живое сердобольных читательниц. Но Нэнни лишь с грустной улыбкой погладила её по пушистым волнам белокурых волос, раскиданным по плечам.
– Хорошо.
– Это не сочинения и не выдумки! – оскорбившись, надула щёки Сандра. – Чистая правда! Вот увидишь, неравнодушные леди напишут в редакцию десятки ответных писем с поддержкой!
– Для тебя и для них всё это – просто хорошо сложенные вместе слова, – пространно заметила Нэнни и мотнула головой, словно сбрасывая воспоминания о собственной тяжёлой участи до прихода в Стормхолл. – Ешь, пока не остыло. Ты обещала мне сегодня пройтись по расходным книгам.
Живо сообразив, что во время учёта вскроется сумма вчерашнего чека за Деона, Сандра заняла рот остатками тоста. Её превосходного образования хватало, чтобы вот уже два года успешно вести дела отца и обеспечить небольшой рост доходов за счёт введения в табун новых пород из Персии. Мода на экзотику и восточные мотивы играла роль даже в одежде, а покупателей буквально магнитило на всё арабское, включая кровь их новых лошадей. Настроения общества Сандра улавливала довольно талантливо.
В дверь снова постучали, на этот раз робко и тихо.
– Да? – обернулась графиня, позволив заглянуть в спальню одной из служанок в белом переднике.
– Миледи, к вам пожаловал лорд Тилоуш. Просит принять, – прозвенела та, почтительно склонив голову.
– Сейчас спущусь, – нехотя протянула Сандра и как только дверь закрылась, жалобно взглянула на няню: – И что этому плешивому опять от меня нужно? Неужели я в прошлый раз выразилась недостаточно ясно?
– Может, он не теряет надежды на ваш брак? – неуверенно предположила Нэнни.
Тихонько чертыхаясь, графиня поднялась со стула и прихватила с подноса блюдце и чашечку с кофе. Не потрудившись запахнуть расшитый серебряными перьями молочный халат, грациозно направилась к выходу, на что няня укоризненно покряхтела, но не посмела возражать. Всё-таки прошло то время, когда она могла указывать ей, в каком виде прилично встречать гостей.