И за все это вы еще получали золото, которое позволяло вам удобно и сытно жить. Я права?
Гремлин рыкнул и посмотрел на Агату с такой ненавистью, что люди рядом беспокойно завозились. Не было сомнений – если Тадеуша отпустить, он снова кинется, пытаясь загрызть Агату.
– Расскажите, мистер Тадеуш, как все было с Даласами? – спросила Агата, внимательно глядя на гремлина. Тот скривился и отвернулся. Недостаточно? Нужно еще время?
– Он был неудачником, – рыкнул Тадеуш.
Агата встрепенулась. О, работает!
Люди вокруг нее удивленно переглянулись.
– В самом деле?
– Да. Все его исследования были сплошным мусором. Он и сам это понимал, поэтому все выкидывал, а я исправно поднимал и относил гномам, – гремлин зубасто ухмыльнулся, кинув на старейшину взгляд, полный превосходства. Гном сжал кулаки, но промолчал.
– А дальше? – подтолкнула его Агата, понимая, что время ограничено.
– А потом ему повезло. Я сразу почуял это и поспешно его убил. Вы не понимаете! – внезапно закричал он.
Казалось, гремлин впал в отчаяние.
– Если все так, то почему не убили Касандру сразу? Почему позволили ей закончить разработку? Все дело в удовольствии?
Тадеуш криво улыбнулся, словно хотел сдержать ответ, но ему не удалось.
– Да. Я хотел узнать, какое наслаждение я получу, если уничтожу нечто настолько ужасное.
Агата кивнула, принимая такой ответ.
– Гремлины получают радость, когда уничтожают механизмы, – пояснила Агата для тех, кто не знал этой особенности.
– Как только я ощутил, что все готово, то отравил ее, но дневник пропал! – почти взвыл гремлин, выдавая, как сильно он разочарован. – Я знал, что он рано или поздно даст о себе знать, поэтому с помощью артефакта поправил воспоминания людей в лаборатории и затаился.
– Вы имеет в виду тот артефакт, который я сняла с вашего лба? – спросила Агата, понимая, что украшение не имело никакого отношения к ментальному подавлению.
– Догадались? – хмыкнул гремлин. – Да. С его помощью мне удавалось внушать людям то, что мне требовалось.
Агата кивнула, принимая ответ.
– Мария, – напомнила она, заметив, что гремлин замолчал и не спешит продолжать.
– Я следил за ней. Ждал. У меня было предчувствие, что дневник появится у нее. Так и получилось. Как только это произошло, я сразу бросился к ней.