– Я ничего не обнаружил, – с явственным выражением разочарования сообщил священник появляясь передо мной.
– Как хорошо… то есть как жаль! Желаю вам скорейших подвижек в расследовании!
– Спасибо. Всего доброго.
Эхо колокольчика затихало в воздухе, когда из глубины лавки раздался возмущенный вопль Марель.
– Он спер сыр! Головку!
– Ну хоть не окорок, – философски ответила летающая рядом Сарочка. – Видимо, нести под мантией неудобно было бы.
Мышка прибежала к нам, возмущенно жестикулируя и рассыпая вокруг разноцветные искры:
– Нет, ну каков подлец, а? На святое покусился, на сырочек с румбарской плесенью! Да, если хотите знать я сама от него по кусочку отколупывала и на праздники!
– Ужасный человек, – кивнула я, с затаенной улыбкой наблюдая за возмущенной бухгалтершей.
– Хочешь, проклянем его поносом? – щедро предложила Сара, зависшая возле уличного окна. – Его еще видно! Пока не свернул за угол можно успеть!
Марель кровожадно блеснула глазами, и я поняла, что за сырочек с румбарской плесенью моя бухгалтерша готова на многое!
– Стойте девочки, никаких проклятий на священников, которые расследуют проявления нечистой силы! Помните, что он сказал? Уровень темного воздействия и болезней людей многократно увеличился.
– Ты права, – со вздохом сожаления ответила мышка. – Но как же ужасно оставлять такой поступок без возмездия!
– Тю, моя дорогая таки стоит знать, что лучшая месть это та, которую подают холодной.
Некоторое время они болтали, прикидывая, как бы отомстить за украденные продукты так, чтобы никто их не заподозрил. А я нервно кусала губы и молчала, пока из кухни не вышел Кот. Он окинул нас долгим внимательным взглядом, и вдруг спросил:
– Адель, что тебя беспокоит?
Все тотчас замолчали, и оказавшись под перекрестьем вопросительных взглядов, я немного помедлила, а после все же спросила:
– Ребят, а это точно не вы шалите? Вам правда хватает той силы, которую вы получаете? И сможем ли мы это доказать в случае чего? Ведь, как я понимаю, к нашему району будет притянуто внимание храмовников, и не исключено, что кто-то более одаренный, чем наш сырный вор, все же вас заметит.
– Ох, Адель… – вздохнул Кот, которого негласно выбрали лидером в этом непростом разговоре. – Ты права, это весьма животрепещущий вопрос.