Затем начала гладить себя, соблазняя клиента, доводя его до жадной потребности тоже дотронуться до нее.
Помогла толстяку снять пиджак, развязала галстук, пробежалась пальцами по пуговицам рубашки. Все это время Селена не позволяла к себе прикоснуться, лишь дразнила.
Чтобы толстяк не распускал руки, связала их галстуком у него за спиной. По потемневшему взгляду поняла, что “медвежонок” уже готов. Еще чуть-чуть – и из ушей пойдет пар. Тогда она опустилась ему на колени и слегка потерлась бедрами. Толстяк застонал.
– Диана? – раздался знакомый голос. Удивленный и недоверчивый. – Что ты здесь делаешь?
Резко дернувшись, она обернулась.
На пороге вип-кабинета стоял Борис Суховской."
"Глава 16"
"Библиотека была самым тихим и уединенным местом в Лабард-и-Наре. Единственным, куда никто не заглядывал месяцами, кроме самого Джерарда. Даже слуги приходили сюда крайне редко, ведь магия охраняла книги от пыли и действия времени. Разве что иногда какой-нибудь уставший от развлечений аристократ посылал слугу за легким романом.
В последнее время в замке царила назойливая суета. Новая управляющая превратила слуг в вечно жужжащий рой. Они с утра до вечера что-то терли, мыли, скребли, полировали и делали кучу ненужных, по мнению Джерарда, но весьма раздражающих его вещей. А сегодня они добрались и до его кабинета! Так что владельцу Лабард-и-Нара пришлось срочно ретироваться в библиотеку.
Ужин давно прошел, за окном опустились сумерки, которые вскоре сменила безлунная ночь.
Лампа на столе погасла, но Джерард отлично видел и в темноте, если хотел. С некоторых пор Тьма стала его стихией, такой же родной и привычной, как вода для тюленя.
Как и договаривались, ле Блесс нашел трех мужчин, попавших на остров в качестве пленных. Они были первыми, кто добровольно принес принцу клятву верности. Одного из них новый интендант назначил на должность помощника истопника в замке, второго – пристроил на конюшню, а третьего взяла на постой какая-то вдовушка.
А именно – тайная слежка за Катриной, камеристкой Инесс.
Сегодня Ормонд принес первый отчет о ее передвижениях. И там было о чем призадуматься.