Нечисть, ведь, работает не покладая рук, а я все время добавляю им еще работы. Домой я вернулась, ругаясь на саму себя.
На заднем дворе поместья теперь почти полностью вотчина нечисти. Бывшие конюшни переделаны в мастерские, оттуда периодически доносятся какие-то стуки, хлопки и покрикивания. Немного в стороне достроен большой гараж для камов, из расчета на четырех, но стоит в нем пока только Вил, остальные транспортные средства разъехались кто-куда.
Поблизости стоял старый гараж, который по плану должен перестроиться в баньку, возле него — крытый бассейн.
Нечисть нашлась в мастерских. Клотмир, плотник, строгал какую-то деревяшку, кожевенник Ратом делал из кожи выкройку, а Морвей и Милован, играли в шашки.
— Привет, ребята. Как у вас дела? — я присела на скамеечку.
— Скучно нам, хозяйка. Ремонт-то закончился, вот и скучно нам. Ужо и дела-то все переделали, — отвлекся от шашек Морвей.
— То есть вы не против, что я вас работать заставляю?
— Природа это ж наша, хозяйка. Ремесленные мы — чинить да мастерить наша отрада. А как делов нет, так хоть волком вой, — это уже Милован.
— Ну, тогда надо гостиницу отремонтировать. Но все материалы будете покупать через Элаю Торвери — управляющую. А то она мне тоже на скуку жаловалась.
— Спасибо, хозяйка. А что делать потом?
— Потом будем перестраивать рынок. А потом еще что-нибудь сломаем, перестроим, переделаем, — сказала я, выходя наружу. В мастерской смеялась нечисть.
В общем, в поместье и городе кипела жизнь. Аурелия строчила меню, программу вечера, приветственные речи и приглашения. Планировалось около двухсот гостей. У нас и на свадьбах столько не всегда бывает. Графиня же решила, что жить в поместье будут только самые почетные гости.
Мебельщик был в восторге от заключенного с нами контракта. Он дождаться не мог, когда же я перестрою рынок, и снабжал нас огромным количеством мебели, почти на треть дешевле, чем остальные. Только тут выяснилось, что гостиница называется ""Корчма тетки Гурдовы"", звучит это как-то не комильфо.