Такой моей принципиальности касательно одежды и обуви Аурелия понять не могла, и тогда я заявила ей, что у меня есть своя портниха, которая шьет все мои наряды. Это леди приняла.
В среду днем, сразу после обеда, я и Аурелия были одни в женской гостиной. И я, наконец, решила поговорить с ней о ее замужестве и рассказала историю с кольцами в ювелирной лавке. Но Аурелия только посмеялась:
— Ах, Дариэт, разумеется, я знаю причину, по которой Танар сделал мне предложение. Я лично несу ответственность за нее. Видишь ли, я была ученицей его отца, старого графа, он учил меня магии.
Я знала, что старый граф умер, не оставив завещания. И тогда я, при помощи своих служанок, распустила слух о том, что оно все-таки существует. И по его условиям именно я, ученица, наследую все земли и титул.
— Как же так? Почему все думают, что граф действительно мог оставить все тебе?
— Потому что старый граф и Танар никогда не ладили.
— Значит, ты соврала, чтобы он сделал тебе предложение…
— Разумеется.
— И ты не боишься, что в итоге вы, возможно, оба будете несчастны в браке?
— О, нет, Дариэт. Я приложу все усилия, чтобы он наконец полюбил меня. А если у меня все же не выйдет, то существуют сотни приворотных зелий. Я буду счастлива замужем! Я стану графиней де Сантор!
Она говорила об этом с такой радостной улыбкой на лице и таким блеском в глазах, что я поняла, убеждать ее бессмысленно.
Мне бы, наверно, следовало рассказать жениху Аурелии о том, что она задумала, но я почему-то не стала этого делать. В моем понимании, мужчина, который делает тебе предложения из-за денег, не заслуживает помощи.
А меж тем, день свадьбы стремительно приближался. Аурелии шили потрясающее белое платье. Очень пышное и изящное. По поясу и внизу подола шла вышивка. Естественно, розовая. По советам окружающих мое платье должно быть похожим, но более скромным. Все-таки это день Аурелии.
Я сотворила себе простое белое платье с открытыми плечами. А вот пышный подол сделала ассиметричным, спереди чуть ниже колена, а сзади длиной в пол.