Даже если матросы пьяны, они все бывалые вояки и стоит подняться шуму, как разгорится драка, могут прибежать на помощь и с причала. Так что я решила устроить театральное представление. Очень зрелищное.
– Дилера, отвязывай от Ахсаны тряпки.
– Вы что задумали? – с сомнением уставился на меня Демьен.
– Будем делать чудное видение.
Я подвязала рубаху на талии Ахсаны, расшнуровала сверху так, чтобы было видно пышную грудь. Распустила её волосы. Закончив, проинструктировала женщину.
– Пошли, – кивнула спутникам.
Демьен тихонько застонал, закрыв лицо рукой.
Мы поднялись на борт. Матросы спали кто, где, как попало устроившись на тюках товара или просто положив голову на бухту каната.
Ахсана пошла вперёд. И тут на неё вышло трое караульных, заметив нашу диву, они шокировано разинули рты и замерли.
Призывно улыбаясь, женщина, виляя бёдрами, подплыла к троице. Те лишь молча таращили на неё глаза. А точнее на её аппетитную упругую грудь. Как только она приблизилась к матросам, позади них выросла устрашающая тень Симеона, миг и двое бесшумно опустились на палубу, третьего приголубила сама Ахсана.
– Отдать швартовы, – тихо скомандовал Демьен и сам поспешил к канатам. За ними пошла и Ахсана, сноровисто принявшись за работу. Эта женщина не переставала удивлять меня. И восхищать.
Ни капли стыдливости, ни единого вопроса – всё чётко и по делу.
Судно встрепенулось, взметнулся ввысь парус и вскорости мы вышли в море. Капитан стоял у руля, а Симеон и Ахсана сноровисто управлялись со снастями.
Я прошла на нос кораблика, в лицо ударил терпкий, пропитанный солью ветер. Двухмачтовый шасмаре летел, рассекая волны. Рядом тихонько встала Дилера и сняла платок, которым закрыла изуродованную половину лица, вдохнула полной грудью. Раскинув руки она подняла голову к светлеющему небу.
– Я свободна! Свободна! – по её лицу катились крупные слёзы, но девушка и не пыталась их утереть. Она обернулась ко мне и крепко обняла:
– Спасибо тебе! Ты же спасла меня! – она счастливо улыбалась. И тут по лицу пробежала тень, – только мне некуда идти, до Меридана одной не добраться.
– Так и оставайся со мной, – обхватив её узкие ладони, предложила я,, – к твоим услугам живописные развалины, что остались от моего дома.
– Ты необычайно добра.