- Я не знала, что мне еще делать! - воскликнула Лана, когда я уже направился на выход.
- Зато знаю я, - ответил я совершенно спокойно. - Или ты не желаешь зла моей семье, и мы можем подарить твоему сыну тепло и участие, в которых он так нуждается. Или ты мой личный враг номер один, Лана. Несмотря ни на что. Так что реши вопрос с Маратом. Я уверен, ты сможешь это сделать так же легко, как и подкупила его подгадить нам с Викой.
Сказав это, я ушел. Больше добавить мне было нечего. Теперь выбор был за Ланой, а я…
Я всего лишь спешил туда, где меня ждали.
И никогда не будет.
Эпилог
Виктория
Четырнадцатое февраля в нашей семье являлось настоящим семейным праздником. Ведь всех нас объединяло самое главное - любовь. В этот день мы с мужем и детьми вместе собирались за большим праздничным столом, в гости приезжали моя мама и Марина с семьей. И еще мы непременно приглашали к себе Ли.
Невозможно было не полюбить этого тихого скромного мальчишку, несмотря на то, кем была его мать и что она пыталась сделать.
- Мама, я хочу нанести глазурь! - заявил Славик, подбегая к столу, на котором стоял праздничный торт, ожидавший окончательного оформления.
- И я хочу помочь! - мгновенно присоединился к нему Лионель.
- Ладно, - кивнула я, передавая им сахарные карандаши.
Мальчишки стали восторженно выдавливать глазурь, отнимая друг у друга карандаши, а я смотрела на них с улыбкой. А когда увидела то, что у них вышло, едва не рассмеялась.
По моей задумке торт должно было украшать сердце - символ праздника, но после творчества мальчишек рисунок больше походил на чью-то филейную часть. И, глядя на их хитрые рожицы, я начинала подозревать, что так оно и было ими коварно задумано.
- Рисунок, конечно, чудесный, - заметила я, глядя на это хулиганство, - но чтобы не шокировать бабушку, мы его чуть исправим.
И, улыбнувшись дружному разочарованному вздоху, я решительно подрисовала хвостик.
- Ну что тут у вас? - спросила Марина, появляясь на кухне. - Помощь нужна?
- Да вроде бы почти все готово, - ответила я. - Осталось только нарезать салат.
- Я займусь этим, - решительно постановила золовка, взявшись за нож.